ПопаданцыБывших не бываетстр 230
Светлый фон
«Рано ты расслабился, любезный купец! Думаешь, замазал всем глаза деньгами? Торгаш ты и есть торгаш – в таких делах золотом не откупишься. Чую, проторговался ты. Хотел всех купить и продать, а эти люди не покупаются. Так что не завидую я тебе – это тебя «мене, текел, фарес» … А пока улыбайся, улыбайся… Неужели ты не понял, что заслушали сейчас только тебя. И недобро заслушали. Остальные уже успели переговорить между собой и собрались послушать, что ты будешь врать. А меня пригласили как независимого свидетеля, чтобы было кому подтвердить, что ты лгал. А ты лгал, купец! Пусть смилостивится Господь над твоей грешной душой!»

– Только уговор, – усмехнулся Корней, когда все выпили, – Михайле ни слова. Пусть покорячится, засранец!

– Что с ним делать будешь, Корней? – посерьёзнел вдруг Лука. – И с отроками его, чьи родичи в бунте замазались? По обычаю сам знаешь что. Вот этого самого и требуют, а против обычая не попрёшь. Ведь не отдаст их Михайла.

– А ты бы отдал? – отозвался со своего места Егор.

– Верно говоришь, не отдал бы, – кивнул Лука. – Но это бунт, а за бунт смерть!

– Ну, бунта ещё не было, – набычился воевода. – Не успел я приказ отдать. Увёл своих Михайла в Крепость. И Лёхины козлодуи, титькой битые, ушами прохлопали.

– И тем дал тебе немного времени, Кирюха, – прогудел боярин Фёдор. – Да и крикуны твои охолонут – на стены лезть и брюхами на их болты насаживаться дурных нет. Как они в городе воевать могут, все видели.

– Прости, эпарх Кирилл, – отец Меркурий бесцеремонно влез в разговор, – мне, как священнику, противно всякое нестроение, и мой долг утишать гибельные страсти. Бунт, конечно, есть бунт, но ведь его ещё не было – твой внук и его люди не нарушили присяги и не покинули твоих знамён. В войске империи такое случалось. И в случае, если требования солдат обоснованы, умные стратиги всегда старались решить дело миром. А правда, уж прости меня, на стороне твоего внука. Ты задумал недостойное, эпарх – убить без суда невиновных в бунте, тех, кто сражался под твоим знаменем! Кто после того поверит тебе и твоему внуку? Я понимаю, что тебя вынуждают закон и обычай…

– А ты умеешь слушать, поп! – зло перебил Корней. – Сам всё знаю. Для того Лёхиным и поручил – чужие они здесь, на них кровь будет, и если Михайла им отомстит, слова никто не скажет.

– Умею, эпарх, – кивнул отец Меркурий. – Но я священник, пастырь и мой долг решить дело по заповедям Божьим. В твоей деснице меч власти, и потому прояви милосердие! Понимаю, что тебя вынуждают поступить так. Назови мне кто, и я смогу убедить их простить врагов своих. За кровь можно взять виру. Я здесь новый человек и оттого беспристрастен. Мне поверят все. В том числе и твой внук.