Она подняла подбородок, но поджала губы – довольно полные, что усиливало эффект. Видимо, его согласие не очень-то её радовало.

– Сеньорита Гарсиа, – покладисто отозвался он. – А потомки рабов – дело иное, у них в крови, или в традиционном многовековом воспитании, если угодно, – бездумная покорность.

– Те, кто были рабами, могут восстать, – отрезала она, – и добиться освобождения от оков.

Это она сказала даже как-то торжественно, словно кого-то цитируя, и вдохновенно, как проповедь, и непроизвольно всё же погладила свой амулет. При виде этого дон Франсиско еле заметно усмехнулся.

– Да? Возможно. – Он ткнул вилкой в утку и отодвинул тарелку. – Ван Страатен, принесите мне вина. У вас же, – он глянул в сторону Беллы, – оно тут есть?

У Леонор на этом распахнулись глаза так, словно он дал ей пощёчину, и её взгляд метнулся к Ксандеру, который уже всё так же бесстрастно вставал. Одиль тоже на него глянула, он слегка качнул головой – мол, «не надо» – но как-то неубедительно, и она встала тоже.

– Вино – прекрасная мысль, – сказала она. – Я, пожалуй, тоже посмотрю, что меня соблазнит.

На это она получила тень улыбки от Ксандера и – к своему удивлению – благодарный взгляд от Фелипе, который сидел молча, с видом человека, который предполагал плохое и теперь безнадёжно видит, как оно сбывается. Донья Инес сделала вид, что ничего не происходит – или, может быть, с её точки зрения, ничего особенного и не было. Леонор коротко кивнула. Белла же вовсе на неё не смотрела, сосредоточившись на дяде, и уже сделала вдох, чтобы что-то сказать, когда её прервала Леонор:

– А может, вы и правы, дело в – как это? Традиционном многовековом воспитании.

Это проигнорировать донья Инес, видимо, не смогла – в целях помянутого воспитания.

– О чём ты, девочка?

– О том, – отчеканила Леонор, – что у нас в деревне человек не смог бы дорасти до возраста мужчины, не будучи в состоянии сам себе вина налить. Если он в уме, конечно.

Должно быть, в учении о сословиях и классах, которым с такой готовностью делилась со всеми Леонор, что-то было, решила Одиль, украдкой глянув через плечо, потому что донья Инес, до того не без легкого удовольствия слушавшая едкие замечания девицы, сейчас ахнула и бросила на свою подопечную взгляд прямо-таки испепеляющий.

За дальним столиком Мишель еле слышно хихикнула; Франсуа с торопливым «нам пора» ухватил её за руку и утащил; оно и понятно, подумала Одиль – Франсуа всегда хотел со всеми дружить и из зоны конфликта испарялся со скоростью необычайной. Марта наконец отвлеклась от своих штудий, немного испуганно поморгала, глядя по сторонам, как будто её кто-то резко разбудил, а потом, почему-то боком, пробралась к двери и убежала следом. Педро тоже встал и подошёл к их столу.