– Что это значит?

– Кто-то тебя выбрал, кто-то ведет тебя.

– Кто?

– Не знаю. А ты думал, ты сам собой такой удалец-молодец? Нет. Кто-то ведет тебя, куда ему надо, а ты ведешь их. И приведешь …

Ну хватит! Слушать демона дальше было бессмысленно и опасно. Он заговорил бы меня, загипнотизировал. Что бы он ни говорил, лучшее, что он мог сделать для Государя, – подохнуть.

Я достал меч из-под халата, будто родил. Клинок сверкнул, отразив звезды. При всей своей инфернальной проницательности Кошкин этого не ожидал и при всей своей надчеловеческой силе попятился – и слился с темной стеной деревьев. Я пошел вперед, сжимая меч двумя руками. Я слышал его голос где-то впереди:

– Ты думаешь, спасаешь их? Ты их погубишь …

Но я не слушал. Его нельзя было слушать.

Что-то вело меня в темноте, под низкими кронами деревьев, куда не пробивался свет звезд. Это было то самое место, где я выстрелил в себя. Шел вперед и рубил вслепую перед собой, и по сторонам, и назад с разворотом, но только рассекал воздух. Кошкин молчал, он был где-то рядом, лишенный зрения, я непостижимым образом чувствовал его присутствие. Он опять куда-то вел меня, и надо было достать его, пока не привел …

Меж деревьев замаячили огни. Стало светлее. Я побежал вперед. Внезапно роща кончилась, и я оказался в поле с кострами до горизонта. Опять эти чертовы костры! Впереди широко шагал Кошкин в пурпурном хитоне, оглядываясь на меня с опаской.

Меж костров черные люди волокли обнаженные тела. Неспешно рубили их топорами, без суеты раскладывали на огне. Чадила адская кухня до горизонта. Повсюду в рыжем полыхающем свете шевелилось черное. В бесконечности множилось одно и то же гадкое действо.

Кошкин шагал впереди и кричал:

– Это они! Это будет с ними! Было, или есть, или будет!

– Не будет! Я их спас!

Кошкин усмехнулся – я знал это, хотя видел только его затылок.

– Не спас, но еще можешь спасти! Только теперь! Уговори Царя жить в Драгоценном саду!

Нельзя, нельзя его слушать. Нельзя смотреть на него. Я шел за ним, бежал, глядя себе под ноги. Кажется, догонял, но не мог догнать.

– Ты не понимаешь! Энтропия нарастает! Это неизбежно!

Что он говорит, что это за слово, я не понимал.

– Дурак! Тупица! Тебя не должно было быть! Ты чертова песчинка, попавшая в прецизионный механизм меж шестеренок … Ты вирус в программе главного компьютера!