Представитель Сената поднялся и махнул рукой так, чтобы вся толпа это увидела. Палач кивнул в ответ и опытным отточенным ударом срубил голову Марцеллу, что уничтожил целый регион Империи своими гнусными экспериментами.

На мгновение Арчибальд опустил глаза. Он всегда это делал. Рефлекторно и неосознанно, но он так и не смог избавиться от привычки не смотреть на момент удара. Август же наоборот, смотрел не моргая.

Один раз Арчибальд спросил его об этой странности, и Август ответил, что хочет увидеть глаза, того, кто сейчас проститься с жизнью, увидеть в них сожаление о содеянном или раскаяние.

Палач наклонился над корзиной и резко отдернул руку. Арчибальд напрягся, но тут же расслабился: палача, в борьбе за свежо отрубленную голову, за палец цапнула невесть откуда взявшаяся крыса. Дернув рукой, палач отбросил ее в сторону, и, под смешок, стоящих у помоста людей, кровожадный зверек ускользнул куда-то в канализацию. После, палач поднял голову, с еще стекающей с нею кровью, под одобрительные возгласы толпы, среди коей было много беженцев из Туманного Края.

Арчибальд хоть и видел отрубленные головы ранее, но эта ему не понравилась. Лицо Марцелла не выказывало ни боли, ни сожаления, ни ярости, никакой-либо другой эмоции. Будто бы это была не голова человека, а сколотая часть статуи, такая же величавая и спокойная.