— Интересно. Ну что ж, желаю успеха, соратник. Ваша идея весьма перспективна. Но… но прислушайтесь к моему совету. Не тяните с избавлением от балласта. При дырявой крыше никакой дренаж не спасёт от затопления.

— Разумеется, — кивнул Венн, — и при надёжной крыше необходим прочный фундамент и хороший дренаж.

— Если дом не построен на болоте, — невесело усмехнулся Пятый. — Тогда ни дренаж, ни крыша не помогут. Будьте внимательны, не допускайте… мм-м, у юристов есть такой термин, попытка с негодными средствами, им любят пользоваться адвокаты.

— Когда цель достигнута, все средства считаются хорошими, — улыбнулся Венн.

Ещё несколько замечаний о сортах вина, и они вполне сердечно распрощались. Что ж, неплохо. Можно сказать, почти, как говорят алеманы, «карт-бланш». Но — почти. С пятым отделением и его начальником никогда и ни в чём нельзя быть уверенным до конца. Пока в его действиях не нашли криминала, и на том спасибо. Но наглеть и зарываться нельзя. Так что пресс-камерой стоит поинтересоваться мимоходом, не афишируя и не привлекая внимания, а Рыжим… только в плане жив или нет, детали не столь важны.

Третье отдедение — Дознание и разработка

Сколько длился обморок, Гаор не понял, но недолго, потому что, когда он открыл глаза, почти все были ещё в комнате. Сам он сидел на табурете у стены, рядом, как и раньше, с двух сторон Новенький и Младший подпирали его своими телами, не давая упасть на пол. Что-то смутное, на грани сознания подсказало Гаору, что благодарить не стоит, даже нельзя. Остальные сидели на табуретах и у стены на корточках, посмеиваясь и о чём-то негромко болтая. Старший подошёл к столу, к чему-то прислушался и скомандовал:

— Пора. Давайте, парни, кому чего надо сами берите. Лохмача сюда давайте.

Гаора легкими тычками подняли на ноги и подвели к столу. Старший протянул ему полную до краев пивную кружку на полмерки (0,75 л) с тёмно-зелёной густой жидкостью.

— Пей.

— Сам пей, — сказал стоявший рядом Резаный, — а то нос зажмём и насильно вольём. Хуже будет.

Гаор с трудом поднял скованные руки и взял у Старшего кружку.

— Что это?

— Пойло, — усмехнулся Старший, — чтоб работалось лучше. Пей.

От жидкости пахло болотом или чем-то другим, но не менее противным. И вкус был, как и запах, мерзким. Но, понимая, что не шутят и впрямь вольют силой, Гаор, давясь и удерживая подступающую к горлу тошноту, выпил кружку до дна и отдал её Старшему.

— Ну и молодец. Парни, руки ему назад сделайте.

Гаор даже понять услышанное не успел, занятый попытками удержать рвоту, как ему ловко расцепили руки, завернули их назад и снова надели наручники. Он бешено дёрнул плечами.