— Смотри, задохнётся.
— Ни хрена ему, волосатой заднице, не будет. Або, они живучие.
А он никак не мог потерять сознания…
Ведомство Политическго Управления
Кабинет личного отдыха
Венн не поехал домой, оставшись ночевать на работе. Благо Дом-на-Холме предоставлял своим сотрудникам полный спектр услуг.
Судьба Рыжего, конечно, важна, дальнейшая судьба Фрегора — ещё интереснее. Потому что, если Фрегора решат убрать, то это заденет многих и многих, и здесь надо предельно осторожно и внимательно проследить: кто, по какой причине, с каким официальным текстом и куда уберёт Фрегора. Самое опасное у падающей звезды — её хвост. Попал в него и полетишь вместе с ней. И собственная работа не должна стоять. Когда речь идёт о жизни нации, то жизнь её отдельных представителей… и так далее…
Суматошные, наполненные массой дел, встреч и разговоров дни. Отец недаром шутил, что лучшая диета — запарка на работе. Хотя грузность никогда не была свойственна Армонтинам. Как и большинству старых родов. Но сухость и поджарость предков давно стала хрупкостью и изнеженностью, чуткость — неврастеничностью… Аггел, маховик вырождения набрал такие обороты, что… Пятый не зря сказал об избавлении от балласта. Так что… кто не спрятался, сам и виноват. Кто не выживет в передряге «кардинального изменения социально-экономической системы» — хорошее определение, молодцы в академическом отделе, так обзовут, что ни буквой, ни духом не соврут, а получится в самый раз, так вот, кто не выживет, то… то сам виноват. Ургоры всегда, стремясь к дальним рубежам, бросали балласт, ослабевших, больных, раненых и так далее.
Венн лежал, закинув руки за голову и разглядывая потолок. Рядом как-то очень уютно, успокаивающе и в то же время достаточно эротично посапывала девица из отделения внутренней обслуги. Дом-на-Холме заботился о своих сотрудниках и всегда готов выполнить любые их желания, если они не во вред самому Дому. Почему Пятый решил, что Фрегор стал… не нужен или опасен? Вот что важно. От ответа на этот вопрос зависит, как и куда будут убирать Фрегора, а, следовательно, кого из окружения Фрегора и как это заденет. Венн сладко потянулся и закрыл глаза. Надо выспаться.
Ведомство Политического Управоения
Пресс-камера
То ли Гаор и в самом деле стал привыкать, то ли из-за «пойла», но ему удалось «вырубиться» и проваляться в забытьи, почти сне на нарах до подъёма, уже не ощущая, кто и что с ним делает.
Вместе со всеми он встал по крику надзирателя к стене на поверку. Болело всё тело, но боль за эти дни стала привычной, она ощущалась, но уже не туманила голову, доводя до беспамятства. Мучили сухость во рту и тяжёлая, как с перепоя, голова. После поверки он подошёл к раковине и стал пить из пригоршней, благо руки у него были скованы спереди, а снимать с него наручники явно не собирались, так что надо приспосабливаться.