– Я вас понял, Мерри, – сказал Робби. – Вы совершенно правы. Если Нэтч этого хочет, Он этого добьется. Мы верим в Нэтча.

«И мне хотелось бы того же», – мрачно подумала Мерри.

Беньямин испытывал дежавю, однако это не имело никакого отношения к био-логическим программам Нэтча.

Он стоял на балконе, выходящем на конвейерный цех мастерской своей матери, где простоял почти весь прошлый год. Перед ним ровными рядами раскинулись двести верстаков. Беньямин был моложе многих программистов, и опыта написания кодов у него было меньше, чем у большинства из них. Казалось, будто за последние несколько месяцев ничего не изменилось, будто он не решил выйти из-под деспотического крыла матери и перейти на работу в феодкорпе.

Как обычно, Бен прислушался, стараясь различить в приглушенных голосах программистов недовольство. Они завидовали этому юнцу, скакнувшему в управляющие прямиком из посвящения? Их раздражало то, что ежемесячные процентные выплаты его доверительного фонда превышали их совокупную зарплату? Похоже, ответ на эти вопросы по-прежнему оставался отрицательным. Если в цеху и стоял недовольный ропот, он тонул в шуме сотен постукивающих прутьев био-логического программирования. Работающие на конвейере программисты не замечали ничего вокруг. Поглощенные мелодиями из «Джемма» и разговорами по «Конфиденциальному шепоту» со своими приятелями, находящимися где-то в другом месте.

– Работа выполнена на тридцать один процент, – раздался томный голос, принадлежащий женщине лет пятидесяти.

Обернувшись, Бен увидел Грету Тар Гривет, которая сменила его на посту начальника цеха. Она вышла на балкон из кабинета, прежде принадлежавшего самому Бену. Теперь это был ее кабинет. Бен почувствовал, что эта должность, бывшая для него мимолетной остановкой на пути к успеху, для Греты являлась скорее местом бесконечной ссылки. Она проработала здесь всего шесть недель, но взгляд у нее уже стал отсутствующим, руки безвольно болтались, и она постоянно зевала на середине фразы – все эти вехи обозначали у Бена седьмой-восьмой месяц работы.

– Всего на тридцать один процент? – простонал Бен. – Но нам нужно завершить работу меньше чем за двадцать четыре часа.

Встав рядом с ним у ограждения, Грета устало вздохнула.

– Все будет выполнено. Надеюсь.

– Вы надеетесь?

– Сейчас приступит к работе вторая смена, а она работает гораздо быстрее первой. К тому же мы только что закончили одну мелочь для Секты Натиск, так что можно будет запрячь в этот проект больше народа.  Взгляни вон туда!

Грета Тар Гривет указала на самый правый ряд программистов. Бен увидел заготовки Сурина-Нэтча, безмолвно скользящие по конвейеру. Рабочие этого участка один за другим завершали свою текущую работу, и перед ними в пузырях «Пространства разума» появлялись голубые и розовые куски нового кода. Маленькие кирпичики готического зáмка, каковым являлась программа «Мультиреальность». Другие кодировщики равнодушно смотрели на ППТ «Вероятности». Если кто-либо из них и догадывался, что на конвейере собирают самую знаменитую био-логическую программу на свете, то не подавал вида.