Того, кто пару недель назад предположил бы, что полмиллиарда человек соберется в аудитории Сурина в ожидании демонстрации продукта, предложенного Нэтчем – мерзавцем, выскочкой, карьеристом Нэтчем, – подвергли бы в «Море данных» разгромной критике ученые мужи био-логики, «знающие, что к чему». Теперь же церберы задавались вопросом: «Если никому не известный предприниматель может так стремительно взлететь на самый верх иерархической лестницы, если один человек способен смести со своего пути накопленные за многие поколения правила и принципы, осталось ли в жизни что-либо незыблемое?»

Верховный управляющий Лен Борда вышел на сцену, и толпа притихла. Публику, только что с добродушным весельем наблюдавшую за вторым вторжением войск Совета, затянула угрюмая пелена.

Выйдя в середину сцены, верховный управляющий обвел собравшихся пристальным взглядом. Полмиллиарда зрителей застыло в ожидании, не произнося ни слова. Так прошла целая минута.

Наконец глава Совета заговорил голосом, подобным раскату грома. Лен Борда говорил не спеша, не заботясь о том, какой эффект произведут его слова. Его речь была высокопарной, возможно, кто-то даже назвал бы ее напыщенной, но только никому не хотелось, чтобы все его операции в Хранилище придирчиво разобрали до последнего десятичного знака люди в белом.

– Мое слово выражает волю Совета по обороне и безопасности, который двести пятьдесят два года назад был учрежден Премьер-Комиссией для обеспечения безопасности всех граждан системы. Слово Совета является словом народа.

По толпе пробежала дрожь, словно от электрического разряда. Подобное начало не могло предвещать ничего хорошего.

– На прошлой неделе тысячи жизней были потеряны на орбитальных колониях вследствие нового вычислительного сбоя в «Море данных», получившего название «инфошок», – продолжал зловещим тоном Борда. – Совет и Премьер-Комиссия разбирали это явление, но пока что не смогли вынести заключение насчет лежащих в его основе причин.

Эпистемологические последствия данного явления пока что неясны, однако задача правительства остается неизменной.

Священная обязанность Совета по обороне и благосостоянию заключается в предотвращении дальнейшего возникновения любых подобных сбоев. Для достижения данной цели Совет предложил Премьер-Комиссии некоторые временные меры, направленные на уменьшение риска вычислительных сбоев. Мне только что сообщили о том, что Комиссия единогласно одобрила эти меры.

Тишина в зале нарушалась лишь приглушенным ропотом немногочисленных закоренелых либертарианцев. Даже несмотря на то, что верховный управляющий пока что следовал процедурным нормам, все прекрасно понимали, что последнее слово принадлежит Борде, и ему одному. Кто мог сказать, когда Премьер-Комиссия в последний раз отвергла «рекомендации» Совета? «Вспомните скульптуры в Центре исторической признательности, – шептались рассеянные в толпе недовольные. – Вспомните, какими жалкими отговорками прикрывался в прошлый раз Совет, продвигая свою повестку!»