Нагнувшись, он запечатлел долгий чувственный поцелуй на лбу мертвой воительницы. Его губы покрылись жгучим пеплом, еще не остывшим.

Пауэлл прошептал туда, где когда-то было ухо Линь:

– Вот твой стишок, кролик.

Откинувшись назад и положив руки на колени, Пауэлл заметил среди пепла что-то блеснувшее. Он вытащил из-под тела этот предмет, с которого черной струйкой потекла вода. Сняв корочку из паутиностали, Пауэлл увидел книгу. Снова надев на книгу корочку, чтобы защитить ее от воды, он нежно провел по ней рукой.

– Что ты делаешь? – спросил по-китайски недовольный голос. Металлический, из голосового модулятора. Пальцы Пауэлла скорчились от боли, электрическим разрядом разлившейся от горла, как бывало всегда, когда полковник говорил через него. – Хозяину-англичанину и Бао удалось бежать; отправляйся в Старый Квартал и разберись с этим!

Поднявшись на ноги, Пауэлл убрал книгу в большой карман своего бронежилета. Когда он покидал развалины, песня прекратилась, и единственным звуком оставался шелест воды, падающей на трупы.

Глава 58

Глава 58

Фыонг и Линь быстро шли по раскаленному белому песку, Линь ругалась, Фыонг смеялась. Наконец они нашли место в тени, раскидистые зеленые деревья, нависающие над узкой песчаной дорожкой на краю пляжа.

– Нам нужно было захватить сандалии, – заметила Линь.

– В этой стране все очень-очень-очень горячее, – ответила Фыонг. – Особенно парни.

– Мама могла бы нас предупредить! – закатила глаза Линь.

– А она нас предупредила. Просто ты дулась на нее, смотрела свои дурацкие фильмы и ничего не слышала в наушниках.