– «И можно съехать с холма до самого низу, куда не попадает солнечный свет – на добром старом Розовом бутоне, – произнес голос Сьюзен. Ей всегда нравился «Гражданин Кейн». – Этот Бутон – для тебя».

Чашка с кофе все еще исходила паром на столе. Крейн прикоснулся к ней. Ручка была горячей, как будто чашка стояла в духовке, но уже в следующую секунду она сделалась холодной, как лед, и вместо чашки появилась бутылка «будвайзера».

Он с любопытством поднял ее. Бутылка выглядела совершенно настоящей.

– Теперь это единственный путь, которым ты можешь добраться до меня.

Один глоток никогда никому не вредил, подумал он. Он поднял бутылку, но остановил движение, чуть-чуть не донеся ее до губ.

– Смелее, – сказал голос в телефонной трубке. – Они увидят всего лишь кофейную чашку. Диана ничего не узнает. Кому какое дело, как карта ляжет?

«Выпить, – подумал он, – и уснуть, и видеть во сне Сьюзен».

– У тебя снова будут два глаза, – продолжала уговаривать она. – Отец не сделает тебе ничего плохого и не покинет тебя. И я не покину тебя.

Крейн отчетливо вспомнил, как в пятилетнем возрасте преклонялся перед отцом и как много позже он любил Сьюзен. И то, и другое было прекрасно, и никто не сможет возразить.

В дверь из коридора постучали, Крейн вздрогнул и плеснул холодным пивом себе на запястье.

– Быстрее, – сказала Сьюзен.

В коридоре кто-то посторонний сообщил: «Я иду искать!»