Аврора тяжело дышала, глядя ей в глаза. От ударов по голове взгляд плавал, время от времени теряя фокусировку. Пыль, пот и кровь окрасили её лицо бурыми разводами. Она ничего не говорила, лишь смотрела, не отрывая взгляда. Руки Соль дрожали. Каждую секунду на пути сюда она была уверена, что без раздумий вонзит нож в сердце Авроры, как только увидит её. И теперь, когда императрица явила свою истинную натуру, сделать это должно было быть в разы проще. Но как только Соль собиралась наконец поддаться порыву и навсегда оборвать нить жизни Авроры, что-то мешало ей сделать это. Что-то отвратительное, затаившееся в сердце.

– Я не могу! – закричала Соль, брызжа слюной на раскрасневшееся лицо императрицы. – Я не могу! Тебя! Убить!

Она с силой приложила Аврору локтем, заставив хрящ в аристократически прямом носу глухо хрустнуть. Соль казалось, что она ненавидит её больше всего на свете. Но выходило, что ещё больше она ненавидит себя. Собственная слабость разъедала её изнутри, лишая последних сил и надежд. Заметив её замешательство, Аврора сбросила неспящую с себя и, пошатываясь, поднялась на ноги. Соль не стала вставать, оставшись полулежать на земле с ножом в руках. Отдышавшись, императрица пнула её в живот, убеждаясь, что Соль не сможет встать. Та перекатилась в сторону, уткнувшись лицом в землю. Слёзы катились по щекам и падали, оставляя в пыли тёмные следы. Она отчаянно пыталась заставить себя подняться, но тело больше не слушалось. Никогда ещё она не чувствовала себя такой беспомощной. Маленькой. Жалкой. Одинокой.

Воздух сотряс оглушительный выстрел.

Звон в ушах дал понять, что ей не почудилось. Соль заметила, что перестала дышать от испуга. Собрав все оставшиеся силы, она поднялась на локтях, вглядываясь в темноту.

На месте правого глаза Авроры блестело чёрно-красное месиво. Помертвевшее лицо за мгновение превратилось в маску, застыв в своей последней, будто отлитой из мрамора, гримасе. Царственная, прекрасная Аврора навсегда осталась удивлённой, слегка приоткрывшей пухлые губы, блестящие от крови. Сиятельная пошатнулась и гулко упала на землю, заставив багровую лужицу медленно расползтись вокруг.

Потерянная и напуганная, Соль принялась крутить головой, отчаянно пытаясь понять, что происходит, когда чьи-то руки коснулись её и бережно, но всё же не без неуклюжести, помогли подняться. Соль узнала их прикосновение даже сквозь пронзающую всё тело боль. Подняв пустые глаза, она увидела до ужаса взволнованное лицо. Кустистые брови сошлись на переносице, а чрезмерно широко растянутые губы подрагивали, словно силясь что-то сказать. Вдруг вся эта нарочитая серьёзность, как по волшебству, улетучилась, и уже через секунду свет глупой улыбки озарил вытянутую физиономию, усыпанную россыпью веснушек.