Перестаньте.

Хватит.

Пусть это закончится.

Мама…

Не помня себя, Соль почувствовала, как с губ сорвался последний вздох. Воздуха больше не осталось. Под рёбрами жгло, а конечности становились ватными. Где-то впереди до сих пор маячило чёрное нутро «Лиса». Ещё секунда, и пуля стражницы навсегда поставит точку в её истории. Она не может закончиться так. Не может…

Соль резко распахнула глаза, не поверив увиденному. Всё вокруг застыло, словно пойманное вспышкой над объективом светографа мгновение. Аврора насторожённо вытягивала голову, пытаясь разглядеть, что происходит за спинами стражей. Астра стояла, широко расставив ноги, готовая в любой момент нажать на спусковой крючок. Тулий и Соль слились в подобие омерзительной двуглавой химеры: легионер будто поглотил её маленькое тело, обхватив неспящую мощными руками. Сейчас все они казались ненастоящими. Всего лишь картинки в старом альбоме. Вот только от потёртой светографии их отличал свет. Неудержимый золотой свет, заполнивший всё вокруг. Струны, сотканные из солнца и звёзд, струились с небес. Они обвивали и Аврору, и Тулия, и Астру, и старого Джубу. Они уходили дальше, на много миль вперёд, сквозь лес, сквозь города, мимо несущихся по рельсам поездов и спящих в гаванях кораблей… Соль никогда ещё не видела их так отчётливо. Каждый миг прошлого и будущего стал отзвуком среди бесконечных золотых лучей.

Соль вдруг почувствовала небывалую лёгкость. Она непринуждённо высвободила руки из захвата Тулия – они сами выскользнули, будто не существовало ни легионера, ни невыносимой боли в плече. Потянувшись вперёд, Соль осторожно провела пальцами по струнам, и они отозвались привычной рябью. На секунду она ощутила небывалое спокойствие. Будто всё вокруг на своём месте. Она снова сидела на краю обрыва и смотрела, как в Искристом Ущелье просыпаются звёздные бражники. И не было на свете ни страха, ни смерти, ни потерь… Но чем сильнее её заполняло это чувство, тем больше она понимала, как оно иллюзорно. Её маленький мир грозился вот-вот рухнуть и разлететься на осколки с оглушительным звоном.

Соль охватила небывалая ярость. Её не должно быть здесь, на волоске от смерти. Вся эта грязь, интриги, ложь – ничего этого не должно было случиться с ней. Неспящая снова закричала. Осипший голос проснулся, оглушительным рокотом разорвав воцарившуюся тишину. Соль гневно сжала кулаки, ухватив золотые струны. Столько, сколько смогла, – она с силой потянула их на себя, заставив пространство задрожать от прокатившегося по нему эха. Неспящая не остановилась и принялась хватать и рвать всё, до чего могла дотянуться: в уши ударила волна звуков, обращённых задом наперёд, а взгляд слепили отблески света, гаснущие и зажигающиеся вновь. Краем глаза Соль видела, как тело Тулия подбросило в воздух и, обратив в светящуюся пыль, унесло удушающим солнечным ветром куда-то в никогда. Мир вращался, искажался, рябил, качаясь из прошлого в будущее и снова возвращаясь в сегодня, пока наконец его не пронзила ослепительная вспышка.