Часть 31. О глинтвейне и плащах

– Ну же, Зевс, давай сюда, – прорычал Арес. – Яви свой лик лучезарный, освети нас, убогих, своим величием!

Это был очень странный вечер. Свежий, весенний, туманный, но чем-то похожий на все те вечера, ночи после которых Зевс не хотел вспоминать. На тот, после которого его едва не растерзал Тифон, и на тот, после которого нашли мертвую Семелу. Все вокруг были взбудоражены, будто наэлектризованы. Блестящие глаза, нервные улыбки и настороженность. Каждого будто коснулась легкая форма безумия.

– Сегодня времени у нас будет достаточно, но все же давайте начнем, – сказал Зевс.

Над далекой рекой плыл колокольный звон, доносящийся из университетской башни.

– Двенадцать закрывают. Декан сообщил мне об этом вчера утром.

Взволнованные взгляды Двенадцати омывали его, как поток. Только Посейдон и Аид, уже слышавшие эту новость, никак не отреагировали.

– Это окончательное решение? – поинтересовалась Артемида. Ее голос звучал дерзко и бесстрашно.

– Да, – ответил Зевс, опускаясь на прохладную траву.

Молчание остальных нервировало его. Первым не выдержал Арес:

– Чего вы раскисли? Жизнь не для хлюпиков. Бывает, что ты на коне. Бывает ощущение, что это конь на тебе. Или, возможно, тебя. Если вы так легко сдаетесь, пиздуйте вышивать крестиком до конца своих дней!

Дита успокаивающе провела рукой по его волосам – он лежал, положив голову на ее колени.

– Никто и не думает сдаваться, – бросил Посейдон. – Верно я говорю, ребята?

В кои-то веки с ним можно было согласиться.

– Верно, – кивнул Зевс. С каждой секундой ему становилось все легче дышать. – Правда, вместо «Двенадцать закрывают» я должен был сказать: «Мы должны придумать, что делать с нашим внезапно обретенным прошлым».

Он смотрел на Двенадцать и по их лицам понимал, что они и так все уже знают. И о своем прошлом, и о своей силе.

Декан опоздал.

Декан облажался.

Но это не слишком успокаивало. Ведь никто из Двенадцати не осознавал до конца, что делать с полученным знанием. «Как не сойти с ума от несоответствия прошлого и настоящего? Хватит ли нам сил?» – спрашивал себя Зевс, чувствуя, будто падает. Разрывает пленку реальности, выплывая из пучины иллюзий и хватая ртом колкий воздух. Будь здесь Гермес, он бы наверняка отпустил какую-то шутку, разряжая обстановку. «Где его черти носят?»

– Помнишь, что ты говорил в новогоднюю ночь? – вдруг спросила Гера.