Флоб, надо же. С кровоподтеком на пол-лица, но все еще на своих ногах.

– А ты за меня не переживай! Останется жива твоя драгоценная. Хочешь, я даже помну ее несильно, оставлю тебе на сладкое, а? Думаешь, не видел, как ты пускал слюни на нашу принцесску?

Флоб запнулся, явно смутился, нахмурился и кивнул. Очуметь! А Лестор, похабно ухмыляясь, рванул меня за руку и потащил.

Никита заголосил, когда его тоже потащили, но в противоположную сторону. Я дернулась и зашипела от боли, падая. Лестор ударил меня по лицу. Зло, со всей силы.

– До чего надоело с тобой возиться! Насчет «несильно помну» я, похоже, погорячился. Ты же не умеешь вести себя хорошо, да, принцесса?

И он вздернул меня, схватив прямо за волосы. На глазах выступили слезы.

Я почти смирилась с тем, что проиграла. Во мне как будто не осталось больше сил сопротивляться. В конце концов, разве заслужила я что-то иное?

– Тина, не смей сдаваться! – вдруг закричала Зара, а передо мной прямо из воздуха материализовался Твик. Рассыпался искрами и тут же возник у Лестора на лице.

Отдирая от себя моллюска, Лестор снова ударил меня. Возможно, случайно, но настолько удачно, что, падая, я ударилась головой о каменный выступ и на мгновение потеряла сознание. А когда очнулась, содрогнулась от разнесшегося по тоннелю реву. Этот звук лишь отдаленно напоминал то рычание, что издавал Анир прежде. И принадлежал он не человеку – дракону.

Волна жара прокатилась вслед за ревом. Запахло паленым, и откуда-то посыпались искры.

Я не понимала, что происходит, до тех пор, пока не увидела остекленевший взгляд Лестора. И отражение огромной морды в его глазах.

Лестор отмер, попятился, а я только тогда обернулась. Передо мной стоял дракон. Настоящий, громадный, с трудом помещающийся в широком тоннеле. Синяя чешуя отражала всполохи пламени, занявшегося кое-где по стенам, из ноздрей чудища валил пар, а глаза, ярко-голубые, с звериным вытянутым зрачком, пристально следили за отступающим врагом.

– Анир? – выдохнула я, и дракон перевел взгляд на меня.

Ледяные мурашки побежали по спине. Чудовище смотрело на меня так же, как только что на Лестора. Враждебно и настороженно.

– Анир, это я, Тина.

Дракон с шумом дыхнул паром, сузил зрачки.

– Армагар?

– Великие духи, Тина, беги! – раздалось отчаянное откуда-то из-за спины. Зара. Милая Зара все еще в клетке.

– Помоги, – прошептала я не менее отчаянно, и отступила на шаг назад.

Дракон качнул головой, приоткрыл пасть и вдохнул.

Я почуяла угрозу и, отскочив, вжалась в стену, лишь за мгновение до того, как зверь изверг волну пламени.

Лестор вскрикнул, но, кажется, тоже успел отскочить. Я не видела. А когда Армагар (если это был все-таки он) стал крушить стены, разворачиваясь, побежала к Заре.

Близость ли дракона так повлияла или гулко, на пределе колотящееся сердце, однако во мне проснулась магия. Я явственно ощущала ее потоки внутри себя и почти без усилий выпустила наружу. Огонь, почти такой же яркий и жгучий, как пламя дракона, разъел решетки. И мы с Зарой, одновременно подавшись вперед, крепко обнялись.

– Мальчик… Он жив?

– Дохлый даг, – выдохнула я и бросилась назад, к тоннелю. Если мальчишку не сожгло пламенем, то размозжило о стены! – Никита!

За те мгновения, что я вызволяла подругу, обстановка в тоннеле изменилась. Лестора не было видно, зато его подручным досталось. Тела, опаленные и стонущие, а то и вовсе неподвижные, устилали пол. Пыль, копоть, груды камней и шипастый хвост разъяренного дракона.

Как рядом с ним оказался Никита? Юркнув мимо чудовища, мальчишка побежал к нам.

– Хвала богам, целый! – прошептала Зара и обернулась, указывая в сторону своей клетки: – Там были еще дети. Дальше.

– А Ерик? – прошептала я.

– Я не знаю, – тихо, едва слышно.

– Он их всех поджарил! – наконец подал голос Никита. – Я, кажется, намочил штаны, но… Это очуметь, никто не поверит!

– Да уж, – согласилась Зара. – Дракон. Лучше бы отсюда убраться.

Из тоннеля снова послышался шум, и мы побежали к клеткам. На полу одной из них бесформенной кучей лежало что-то… оказавшееся едва живыми осунувшимися мальчишками. Никита даже назвал чье-то имя.

Магия на этот раз слушалась хуже, и с решеткой пришлось повозиться, но детей мы достали.

– Что теперь? Ты знаешь, где выход? – без особой надежды спросила я.

– Нет.

В подземелье загрохотало, с потолка посыпались камни.

– По коридору вперед? – предложила подруга.

– Идите, – кивнула я и шагнула в противоположную сторону.

– Тина!

– Это Анир, понимаешь? Я не могу его оставить. Уведи детей.

Конечно, Зара была против, но… послушалась. Однако уйти далеко они не успели. Из тоннеля в другой стороне зала с клетками, куда они направлялись, послышались голоса, и Никита, взявший на себя роль главного, скомандовал всем идти обратно. Ко мне.

Мы так и не поняли, был ли дракон на нашей стороне, да и тоннель, где он бился, грозил обрушением. Однако выбора не было. Спасаясь от приближающихся врагов (кто еще мог ходить тут по коридорам?), мы бежали в лапы к чешуйчатому чудовищу, только вот… Чудовища не оказалось. На полу, свернувшись калачиком, в потеках крови и копоти на обнаженной коже, лежал Анир. Без сознания.

Еще прежде чем я опустилась с ним рядом, услышала звон. Рядом с Аниром, призывно сияя, валялся верм.

– Там тоже засада, – хрипло выдохнул Никита, указывая вперед.

Оторвав взор от мальчишки, посмотрела на Анира. На верм.

– Это наш шанс, – прошептала неслышно и позвала: – Зара, ближе! Все идите сюда, скорее!

– Он не унесет всех. – Подруга тоже заметила верм. – Уходи! Приведешь помощь…

– Нет. Я даже не знаю, где мы! Пожалуйста, возьмитесь за руки. Или лучше… Прикоснитесь к нему. Ну же! Это дракон! Древнее, могущественное создание, ясно? Его магии хватит, чтобы напитать целый мир, не то чтобы один верм!

Пожалуй, я уговаривала саму себя, но отступать не собиралась. А уж измученные мальчишки были согласны на что угодно, да и вряд ли что-то в происходящем понимали. Зара хмурилась, но спорить больше не стала.

Когда все, включая появившегося на плече Зары Твика, сгрудились над Аниром, я взяла в руку верм, сдвинула шестеренки и потянулась мыслью к родителям, во дворец. Я знала, что вермы перемещают между мирами, а умение переноситься напрямую внутри Орта требует большой сноровки и особых знаний, но рискнула. В конце концов, сейчас лучше оказаться где угодно, даже на Земле. Однако пересадка на Земле не понадобилась. Да и вообще. То ли у меня неожиданно и очень вовремя открылся талант настоящего, весьма и весьма одаренного Ходящего (в отца), то ли остаточный шлейф древней драконьей магии в самом деле помог. И с настройкой портала, и с его силой. Потому что переместились мы всей компанией и именно туда, куда нужно, – во дворец.

– Очуметь! – тут же выдал Никита, продолжая поражать устойчивостью своей психики. – Твой папа что, правда король?

Паренек вертел головой с неподдельной радостью в глазах, хотя переместились мы далеко не в тронный зал, а в один из коридоров, который я даже не сразу опознала.

– Правда, – улыбнулась я. Первый раз за последнее время по-настоящему улыбнулась, облегченно и почти счастливо. Мы справились!

– С ним что-то не то, – сказала Зара, кивком показывая на пол. Анир так и не пришел в себя, но вот его кожа местами снова покрылась чешуйками.

– Нужно позвать целителя. И позаботиться обо всех вас. Все будет хорошо, слышите? – сказала, повернувшись к ребятам. Потом сообразила, что они вряд ли понимают меня. – Никита, переведи им. Вам больше ничего не угрожает. Те негодяи сюда не сунутся, не смогут, дворец защищен магией, и здесь полно стражников.

Звать никого не пришлось, нас нашли даже прежде, чем я успела мысленно проложить путь до кабинета дворцового целителя.

– Валенсия! Хвала богам! Мне сообщили, что ты пропала. Что случилось?

Отец. Кто еще может повстречаться в духами забытом коридоре огромного дворца, как не сам король?

– Ты почувствовал, да?

– Колебания защиты. Неужели правда переместилась? – Он запнулся. – Переместились?

– Тонкости перемещений толпой внутри Орта мы с тобой еще обсудим, – не удержалась я от усмешки. – Аниру нужна помощь. И остальным тоже.

– Лизаптор меня задери! Дочь, во что ты опять умудрилась ввязаться?!

Я даже не представляла, как расскажу отцу о своей роли во всем этом…

Убедившись, что о Заре и детях позаботятся, я ненадолго сбежала к себе – умыться и переодеться, а потом сразу вернулась к своему дракону. Меня беспокоило состояние Анира. То, что произошло в подземельях, не укладывалось в голове. Дракон и человек в одном существе, разве такое вообще возможно? Одно дело, когда речь идет о магической сути, да пусть даже о духе! Но совсем другое – то, что я своими глазами видела в том тоннеле. Огромный огнедышащий зверь из крови и плоти.

Когда появился учитель Зелт, вызванный отцом из Академии, именно это я первым делом ему и сказала:

– Дракон. Анир стал драконом.

Зелт хмурился, но не выглядел слишком уж удивленным. Это вселяло надежду и то же время…

– Вы не знаете, да? Такого прежде никогда не случалось?

– Верно, дитя. Не случалось. Но тревожит меня другое. Видишь ли, дракон неустойчив, и это состояние опасно для Анира. Так было и до оборота, но теперь зверь почуял свободу, впервые ощутил себя во плоти. Он бунтует и берет верх, Анир же слабеет.