– Почему так происходит? Как ему помочь?

– Дракон молод и своенравен, Анир должен его подчинить. Если этого не произойдет, а дракон все же возьмет верх… Человек может никогда и не вернуться.

Я почти ничего не понимала из того, что говорил Зелт. Как может быть молод древний дракон Армагар, чей дух принял когда-то в себя Анир? Как могло случиться так, что он обрел тело? Почему учителя Зелта это как будто не особенно поразило? И что в конце концов делать мне, чтобы помочь Аниру?

– Будь с ним рядом, – ответил Зелт. Провел своей сухой старческой рукой по руке Анира, стирая с нее язычки не пойми откуда взявшегося пламени, и ушел!

А я осталась. Конечно, осталась. Когда видела чешуйки или языки пламени, гладила их, убирая, и шептала Аниру, что рядом. Велела бороться и вернуться ко мне.

Несколько раз к нам в покои заходили, к счастью, не сами родители, а особо приближенные придворные. Они под разными благовидными предлогами пытались отослать меня к себе, но в итоге сдались и оставили в покое.

Судя по сумеркам за окном, наступила ночь. Анир так и не очнулся. Я перебралась на кровать и устроилась рядышком со своим драконом. Взяла его ладонь в свою, гася очередные голубые огоньки. Они почему-то бывали то оранжевыми, то едва ли не синими, но не обжигали. Анир дышал ровно, будто просто спал, и вскоре я тоже задремала.

На рассвете он заметался, выгнулся, покрывшись испариной. А потом вдруг открыл глаза и с остекленевшим невидящим выражением глаз хрипло произнес:

– Тьма. Тьма пробудилась и расползлась. Ядовитый огонь грозит не только Орту. Щупальца тьмы проникли в щель между мирами. Вардарбен. Земля. Магия Орта. Объединившись, явят они смертоносную мощь.

Вытолкнув из себя последнее слово, Анир обмяк, глубоко вдохнул и вдруг открыл глаза уже совершенно осмысленно.

– Тина?

– Ты меня жутко напугал, драконище, – прошептала я и несмело улыбнулась: – Ты как?

– Все тело ломит. Где мы? Что случилось?

– Ты не помнишь?

Анир нахмурился:

– Ты пропала. Исчезла, но у тебя не было верма. Я ведь его забрал.

– Верно.

– Я позвал зена Рамчена, и он отследил след чужой магии. И портала.

– Лестор заметил меня на Земле и нашел в Академии. Сразу же, как ты ушел.

– Да. Как-то так я и подумал. А потом… взял верм, записи Итана и…

– Ты переместился в подземелья. Ко мне. Помнишь?

– Все как в тумане, и голова раскалывается. – Анир скривился, потер виски. – Помню, как будто парю, такая непередаваемая свобода, ликование внутри, и в то же время мне почему-то тесно. Жар, гнев, удовлетворение…

Он посмотрел на свои ладони, растопырил пальцы, сжал.

– Безумие какое-то.

– Да уж, это выглядело эффектно.

Анир поднял на меня взгляд. Растерянный, недоверчивый.

– Ты же не хочешь сказать…

– Ты стал драконом. Настоящим.

Ноздри его затрепетали, на скулах и руках вновь выступили чешуйки, Анир сжал челюсть и глухо застонал.

– Анир! – позвала я, но он будто не слышал.

Перепугавшись, я вскочила, метнулась к двери. Хотела звать Зелта, целителя, хоть кого-то, но потом поняла: если Анир обернется сейчас, они просто не успеют.

– Анир, Анир, слушай меня! – Вернувшись к кровати, взяла своего дракона за руки, потом погладила по плечам, прижалась. – Ты справишься. Мы во всем разберемся, слышишь? Поладим с ним. Мне все равно, дракон ты или нет, просто давай не сейчас, ладно? Мы все же во дворце. Разнесешь тут все к ийратовым духам, а виноватой опять окажусь я. Нет, я, конечно, заслужила хорошую взбучку, даже не одну, но пожалей отца, ведь ему потом с придворными придется объясняться…

Я бормотала и бормотала какие-то глупости, отмечая, как Анир постепенно успокаивается. Дыхание его стало размеренным, чешуйки пропали, и сам Анир довольно скоро провалился в сон. Просто сон. Наверное, ему нужно было время, чтобы восстановиться.

– Никто все равно не знает, что делать, – прошептала я и, устроившись поудобнее рядом, собралась присматривать за своим пациентом, но в итоге тоже уснула.

Глава 24

Глава 24

Проснулась, когда солнечные лучи уже в полной мере вторглись в незашторенные покои, золотя рамы картин, вычурную спинку кровати и растрепанные волосы моего дракона. Анир лежал рядом, опершись на локоть, и рассматривал меня.

– Доброе утро, принцесса.

И то, что под покровом сумерек казалось совершенно нормальным, естественным и правильным, вдруг жутко смутило. Я в одной постели с мужчиной. Мы провели здесь целую ночь. И пусть дракон на ее протяжении не отличался здравостью сознания…

– Доброе, – пискнула я и хотела тут же подняться, но, дернувшись, вдруг поняла, что моя рука зажата где-то под Аниром, а его рука бесцеремонно обнимает меня за талию.

– Анир!

Драконище усмехнулся и чуть откатился, упав на спину. Ну а я… получив свободу, решила задержаться.

– Как ты себя чувствуешь?

– Боюсь еще больше смутить тебя своим ответом, – хмыкнул он.

Вот же! Драконище! А ночью выглядел едва ли не умирающим!

Я нахмурилась, а дракон, вдруг сделавшись серьезным, сказал:

– Прости, что напугал тебя. И спасибо, что не испугалась.

– О чем ты? Испугалась, еще как.

– Но не оставила меня там. Вернулась спасать дракона.

– Вообще-то это дракон пришел спасти меня, – ответила тихо. – Ты пришел. И спас.

– Нам нужно все рассказать Зелту и дариям. И успеть подготовиться к тому, что замышляют твой дружок и…

Анир сжал челюсти, тряхнул головой, и на постель посыпались голубые искры.

– Ты в порядке?

– Не думаю, что я когда-нибудь вообще был в порядке, но об этом негодяе мне лучше постараться не думать. А еще, знаешь, есть хочется зверски.

– О, конечно. Я сейчас распоряжусь.

Спокойно позавтракать в покоях нам, однако, не дали. Пришлось плестись в столовую, где уже расположились родители, учитель Зелт и даже Зара.

– С мальчиками все хорошо, – заметив вопрос в моем взгляде, сказала мама. – Насколько это вообще возможно в такой ситуации. Я очень рада тебя видеть, доченька.

Поблескивающие глаза ее смотрели так, будто она готова сорваться с места, только бы коснуться меня. Конечно, я не могла позволить ей этого и кинулась обниматься первой. И ослабила хватку, только когда мама заулыбалась сквозь слезы.

– Садитесь же, поговорим обо всем позже.

После того как с едой было покончено, мы тем же составом переместились в гостиную. Я знала, что мне придется во всем сознаться, но не представляла, как это сделать. Язык будто прилип к небу, ладони похолодели, и мне казалось, я вот-вот хлопнусь в обморок от волнения. Тряпка!

– Это я во всем виновата, – сказала прежде, чем начались расспросы.

– Доченька, что ты такое… – начала мама, а отец посмотрел явно неодобрительно.

Конечно, я тоже не хотела тревожить маму, но и скрывать от нее главное не могла.

– Я хотела попасть на Землю. Очень хотела, буквально грезила. А потом познакомилась с Лестором, который, как и я, не был в восторге от положения не-магов в мире, где одаренных чтили даже тогда, когда магии в нем почти не было, а простых…

– Валенси! – прервал меня отец.

– А что, разве не так? Много тебя здесь, во дворце, окружает простых смертных?

– Две самые дорогие и близкие женщины во всем мире и в этом дворце, – выделил он, – не владеют магией.

– Да, и от особой гордости одну из них ты отправил в Академию магии!

– Итан, пожалуйста! Валенсия, милая, если ты не хотела учиться…

– Мама, нет! Прости меня, пожалуйста. На самом деле мне даже понравилось учиться, но когда я соглашалась на это… – я взглянула на Анира, – то преследовала совсем другие цели. Я потеряла верм.

– Потеряла? – громыхнул отец.

– Ну… сначала я его нашла.

– Не о том ли верме ты говоришь, которого не досчитался смотритель хранилища?

– Вероятно, – шепнула я.

– Не знаю даже, что сказать… – начал он с нажимом, но я остановила:

– Погоди. Ты еще много всего захочешь мне сказать, поверь. – Я вдохнула, выдохнула и продолжила.

Мне пришлось рассказать и про поиски верма у Анира в башне, и про накопители, которые требовал Лестор, и про мою вылазку к источнику.

– Верм ты, судя по всему, разыскала.

– Да. И случайно переместилась на Землю, где познакомилась с Никитой. Тем мальчиком, который у них сейчас за главного. А потом… потом я совершила одну из самых больших ошибок, я… йарат ощипанный… рассказала Лестору про Землю и про Никиту, и он, похоже…

– Эти дети были с вами там. Не возьму в толк, зачем они им понадобились?

– Кровь, – сказала Зара. – Их господин, это чудовище, похожее на оживший труп, он… пьет кровь. Я только потому и уцелела, что оказалась «земляной» (что бы это ни значило) и невкусной. А вот мальчики с Земли…

Мама ахнула, отец сжал ее плечи и сурово посмотрел сначала на меня, потом на мою подругу:

– Довольно. Мы продолжим позже и в другом составе.

– Итан, нет. Я не сахарная и должна знать, что происходит с моей дочерью и этим миром. Даже если вы все считаете иначе. Валенси, продолжай.

– Я все равно не понимаю, как Никита оказался с тобой. Он сказал, что вас притащили вместе, его и тебя, – пробормотала Зара.

– Это вышло случайно. Честное слово, случайно! Я не собиралась никуда больше перемещаться. Вернее… Я хотела искать тебя, – ответила подруге, – но в тот раз просто тренировалась, а верм вдруг зазвенел. Я даже не знала, что могу использовать его без накопителя, я ведь пустышка. В общем, я опять оказалась на Земле и опять натолкнулась на Никиту. Он как раз выслеживал Лестора. Они заманивали детей фокусами, что-то обещали. Об этом лучше расспросить самого Никиту, он устроил за ними настоящую слежку. А потом верм зазвенел и выдал нас. Никита, видимо, зацепился за меня и переместился тоже.