– Похоже, ее шокировало сообщение о смерти фон Биверпелта, – продолжил Орвилл. – Готов поспорить: она об этом не знала. Если Левша и сказал ей, что его арестовывали из-за убийства Отто, то он ни словом не обмолвился про Биверпелта.

– Возможно, Левша покинул город до того, как узнал о второй смерти, – заметила Вера. – Если предположить, что он невиновен.

– Я не могу это предположить, – прорычал Орвилл. – Зачем еще ему так быстро покидать город?

– Да потому, что его обвинят в следующем преступлении – во всем плохом, что случится. Разве произошло не так?

– Ты хочешь сказать, что не считаешь Левшу виновным?

– Он находился в тюрьме, когда фон Биверпелта отравили, – выдала свой аргумент Вера. – Как он мог это сделать? И кроме того, зачем Левше убивать Отто или фон Биверпелта? У него нет мотива.

– Тебе нужно стать его адвокатом, мисс Виксен.

– Я просто пытаюсь выяснить правду.

– И я тоже. – Орвилл откинулся на спинку стула и вздохнул. – Но как‑то не складывается. Отсутствуют кусочки пазла.

Орвилл с Верой сравнили свои записи. Вера покусывала карандаш, обдумывая положение дел. Им так и не удалось найти ответы.

Обговорив расследование с Орвиллом, Вера вернулась на кладбище. У нее не было никакого конкретного плана, ее просто притягивало это тихое и спокойное место на возвышенности, где навсегда заснули «постоянные обитатели» Тенистой Лощины. Она сама не заметила, как оказалась у могилы Реджинальда.

Кем он был на самом деле? Пастор Дасти произнес такую воодушевляющую речь после смерти Отто – и жители города поняли, кого они потеряли. Но надгробная речь для фон Биверпелта оставила больше вопросов, чем ответов. Он родился в бедной семье, как и утверждал пастор? Он заработал деньги упорным трудом или разбогател благодаря удачной женитьбе? И имеет ли значение, каким образом он разбогател? Эдит на самом деле скорбит или притворяется? И в конце концов, кто же его убил и почему?

– Добрый день, мисс Виксен, – произнес спокойный и вкрадчивый голос рядом с ней.

Вера аж подпрыгнула от неожиданности. Она не слышала, как кто‑то подошел, а теперь увидела, что рядом с ней стоит Руби Юинг по-прежнему в траурном облачении.

– Привет, Руби, – поздоровалась лиса, надеясь, что удивление не отразилось у нее на морде. Вера не привыкла к тому, чтобы кто‑то неожиданно появлялся рядом или проскальзывал мимо незамеченным. И уж точно не животное типа Руби, которая никогда не славилась ловкостью.

Руби наблюдала за Верой сквозь вуаль, прикрепленную к маленькой шляпке.

– Я не думала, что ты настолько хорошо знала Реджинальда при жизни, чтобы прийти на его могилу, когда после похорон прошло так мало времени.

– Я не знала, – подтвердила Вера. – Я пришла сюда просто… наверное, чтобы по-другому на все посмотреть.

– Понятно, – кивнула Руби. – Мы не понимаем, насколько ценна жизнь, пока кого‑то не потеряем, правда?

– Наверное, так. – Вера задумалась, нет ли у Руби какой‑то особой причины для появления на кладбище. Она следила за ней? Если да, то как долго?

Но Руби только смотрела вниз на недавно закопанную могилу. Вскоре здесь посадят цветы, но сейчас земля была голой и выглядела некрасиво, немного напоминая шрам на территории кладбища.

– Я пришла с ним попрощаться без свидетелей.

– О! Мне уйти? – предложила Вера, ожидая положительного ответа.

– В этом нет необходимости. – Овца вздохнула. – Теперь смысла скрываться нет, правда?

– Скрываться? – переспросила Вера. Руби собирается в чем‑то признаться?

– Я любила Реджи. Я это признаю! И он меня любил. Знаешь, он собирался уйти от Эдит. Он обещал мне, что мы начнем новую жизнь в другом месте. Он копил деньги, скрывая их от любопытных глаз жены. Он хотел накопить достаточно, чтобы мы могли жить в комфорте. О, ничто не приносило мне такого удовольствия, как мысль о том, как мы будем счастливы вместе с Реджи!

Руби снова вздохнула и показала на могилу.

– А затем случилось это. Моего дорогого Реджи больше нет! Я никогда его не увижу, не смогу с ним поговорить, не смогу быть вместе с ним… – Она громко всхлипнула.

– Мне… очень жаль, – произнесла Вера. Она не знала, чего требует этикет при выражении соболезнований любовнице.

Черные глаза Руби за вуалью стали жесткими.

– Я уверена, что она узнала про нас. Эдит. Она не могла допустить, чтобы он от нее ушел, поэтому сделала то единственное, что могло остановить его. Она его убила!

– Ты утверждаешь, что Эдит фон Биверпелт убила своего мужа? – тихо уточнила Вера.

– Конечно, – презрительно ответила Руби. – Подумай сама. Она теряла положение первой леди города. Она была бы опозорена, да еще в дополнение к этому осталась бы без средств. Она знала, что ей никогда не убедить Реджи меня бросить. Поэтому она отомстила. Именно она маячила у его кровати, поила его ядом маленькими дозами, ослабляя его для нанесения последнего решительного удара. У кого еще имелась возможность? Она ведет хозяйство, а если захочет, то и на заводе будет всем заправлять. В конце концов, она ненавидела Реджи, потому что он сильнее любил меня!

– А что с Отто? – спросила Вера, чувствуя обеспокоенность. Она должна была признать, что версия Руби не лишена смысла.

– Бедный Отто, – покачала головой Руби. – Вероятно, Эдит на нем тренировалась. Она проверяла, сколько давать яда. Отто не был промышленным магнатом, как Реджи. Кто станет поднимать шум после его смерти?

– Но Отто вдобавок ко всему закололи ножом, – заметила Вера. Разве об этом можно забыть? Она вспомнила, как жабу вытянули на берег пруда, как она с ужасом увидела торчавший из его спины нож… С этого все и началось.

– Кто может сказать, на что способна спятившая от ревности бобриха? Пусть полиция у нее спрашивает, о чем она думала. Если у них, конечно, хватит смелости ее арестовать! Полиция всегда готова обвинять тех, кто бессилен им противостоять, а не тех, кто у власти. Когда что‑то совершают представители высшего общества – о, это совсем другое дело.

– Я уверена, что правоохранительные органы Тенистой Лощины ко всем относятся одинаково, – натянуто ответила Вера. Конечно, учитывая тот факт, что правоохранительные органы просто игнорируют свои обязанности, ежедневно отправляясь на рыбалку. Вероятно, начальник полиции Мид не посмеет арестовать Эдит. А Орвилл?

Руби рассмеялась.

– О, лиса, ты ничего не понимаешь. Откуда тебе знать? Все уважают тебя. Напряженно работающая журналистка из большого города! Ты не была предметом сплетен, не твое имя было у всех на устах, не его склоняли как хотели. Не тебя выставляли вон, когда всех остальных пускали.

– Как вчера вечером в доме фон Биверпелтов?

– Это еще одно доказательство ее ненависти ко мне и того, что она готова сделать что угодно, лишь меня обидеть и причинить мне боль. Даже после того, как убила собственного мужа.

– Это все очень интересно, но сейчас нет доказательств твоей невиновности. Алиби у тебя нет. Ни на одну из смертей.

– Я была с Реджи, когда умер несчастный Отто! – выпалила Руби. – Я раньше не говорила об этом полиции, потому что не хотела запятнать имя Реджинальда. Но теперь это не имеет значения, правда?

У Веры мгновенно разгорелся журналистский интерес.

– В ту ночь ты была с фон Биверпелтом? – Вера достала блокнот и карандаш. – А где именно?

– Обычно мы встречались в лесу, потому что в городе мы не могли появляться вместе.

– Понятно, – ответила Вера, делая записи. – А где ты находилась в день, когда умер Реджинальд?

– Ты знаешь, что я работаю в доме престарелых. – Руби сделала паузу. – Я была на работе, когда погиб Реджи. Спроси у них, тебе все подтвердят.

– Что ты собираешься делать теперь?

– Не знаю, – ответила Руби. – Не думаю, что смогу здесь жить дальше. Я ведь постоянно думаю о Реджи. Может, весной отправлюсь на запад. Еще не поздно где‑то начать все сначала.

Овца снова посмотрела на могилу, и Вера поняла, что это подсказка: ей пора уходить. Руби осталась предаваться горю на кладбище. А Вере требовалось проверить новые версии, ее ждало много работы.

Глава 23

Глава 23

Вера вышла с кладбища и как можно быстрее вернулась в отделение полиции.

– Орвилл! – закричала она, открыв дверь. – У меня есть новости!

Медведь-полицейский поднял голову от большой карты, развернутой у него на столе.

– И у меня есть. Мы нашли отпечаток лапы в доме фон Биверпелта – и это лапа енота! Левша не появился на похоронах, поэтому мне необходимо его найти и получить ответ на вопрос – когда он там оставил свой отпечаток? Его точно не приглашали в гости…

– Орвилл, – перебила Вера. – Я только что разговаривала с Руби Юинг. Она обвинила Эдит фон Биверпелт в обоих убийствах!

Если мягко выразиться, Орвилл был ошарашен.

– Ты уверена? – уточнил он.

– Да, хоть я и получила по голове, я точно знаю, что слышала! Так сказала Руби. И она также представила мне алиби на оба убийства. Она утверждает, что в ночь гибели Отто была на свидании с фон Биверпелтом. Когда ты ее спрашивал про алиби, она отказалась назвать его имя, потому что защищала своего любовника.

– А во время второго убийства где она была?

– Руби утверждает, что в доме престарелых. Я прямо сейчас пойду проверять ее слова. И Руби говорит, что Эдит предпочла убить Реджинальда, чем дать ему сбежать с ней.

Заместитель начальника полиции выглядел расстроенным и развел своими огромными лапами.