– Есть еще тело Флориана в леднике.

– Если верить материалам, что я нашел, – возразил старший брат, – пару суток спустя черных следов от ритуала не останется.

– Подарочек, – Адриан повернулся ко мне, – тоже может помочь.

Я неуверенно кивнула. Да, если бы можно было раздуть шумиху в прессе, отмыться от такого количества смертей не помогло бы ни положение, ни деньги.

По крайней мере, я на это надеялась.

Старший сын Леконтов был другого мнения.

– Сам-то веришь в то, о чем говоришь? – окинув нас взглядом, едко усмехнулся он. – У отца целый штат прикормленных политиков, офицеров и высших чиновников из администрации Рижа. Дело замнут быстрее, чем вы успеете раскрыть рты.

– Совет эльмаров этого не допустит, – проговорил Адриан, глядя на брата. – Нам нужно, чтобы ты связался с ними. Я найду доказательства. От тебя требуется лишь представить их Совету.

Себастиан хрипло рассмеялся.

– О, так вот зачем я тебе! Но тут-то ты прокололся, братец. Я не тот Леконт, который тебе нужен. Если бы ты чаще бывал в Риже, знал бы, что с тех пор, как я развелся с Клариссой, меня исключили из Совета. И, полагаю, ты прекрасно понимаешь, кто вернулся на мое место.

Глава 12

Глава 12

Мы оказались в ловушке. Лак-де-Риж, глубокий, непредсказуемый, отрезал остров Мордид от мира стеной дождя и двухметровыми пенными гребнями, превратив особняк Леконтов в настоящую тюрьму.

Ни спастись, ни выбраться.

Мы вернулись назад тем же путем, что и пришли, – через разбитое окно, доверив Себастиану объясняться за погром. Книги и фотокарточки забрали с собой, лишнее вернули в библиотеку, заодно разложив по полкам остатки ночных изысканий старшего сына Леконтов. Мокрые следы на подоконнике пустой спальни, через которую мы с Адрианом перебирались к Себастиану, я тщательно вытерла. А после тихо, как мышь, скользнула за эльмаром в безопасную тишину его комнаты, так ни разу и не попавшись на глаза слугам.

Сделали ли мы все что могли, чтобы тайный сговор между братьями остался незамеченным?

Да.

Было ли везением то, что ранний завтрак служащих поместья так удачно затянулся, позволив нам несколько раз прошмыгнуть с первого этажа на второй и обратно, не привлекая внимания?

Несомненно.

Выглядело ли это подозрительным?

Да.

Безусловно, да.

Кто-то должен был услышать крики, звон разбитого стекла и грохот двери. Неизвестно где несколько часов до завтрака пропадала перепуганная Мадлена. Себастиан провел целую ночь, перерывая семейную библиотеку. В доме, полном слуг, безраздельно подчинявшихся хозяину, такие вещи просто не могли остаться незамеченными.

И тем не менее никто не спешил нас разоблачать. Утром в столовой члены семейства Леконт вели себя точно так же, как раньше. Адриан зубоскалил с Себастианом, Сандрин молчала, погруженная в собственные мысли, а Дориан Леконт наблюдал за оставшимися в живых детьми с суровой бесстрастностью. И даже Мадлена, несмотря на пережитый ужас, привычно села рядом с мужем и выдавила из себя пару любезных улыбок в ответ на дежурные вопросы.

Наверное, это должно было успокоить, но на самом деле лишь усилило панику.

Я чувствовала прикованные к себе взгляды слуг, молчаливо взиравших на трапезу нанимателей, и не могла отделаться от стойкой ассоциации с тюремными застенками. Отгороженная территория, комнаты-камеры, слуги-надсмотрщики, следящие за каждым шагом, – и даже косые струи воды за окном, стекавшие с козырька крыши, казались прутьями клетки. А во главе стола как ни в чем не бывало восседал, бесстрастно взирая на будущих жертв, их палач.

Дориан. Или правильнее сказать – Альтериан Леконт.

Мы не знали, как именно он убивал своих детей и что делал, чтобы занять место последнего, давая начало якобы новому поколению рижских эльмаров. Не знали, что было необходимо для ритуала, если не считать смутных догадок, основанных на пространных описаниях из трактата и старой картинке. Зато сам Дориан… о, он-то наверняка знал о нас все.

Мы были полностью в его власти – по крайней мере, до тех пор, пока не закончится шторм.

И потому единственное, что мы могли, – бежать прежде, чем он сделает следующий шаг. Сразу же, как это станет возможным. Забрать оставшиеся катера и гнать, гнать на всех парах, пока из-за горизонта не поднимутся черепичные мансарды Рижа.

О том, что будет дальше, я старалась не думать.

* * *

Топливные баки катеров, которые Адриан скрытно проверил ночью, были заполнены до краев. Книги, фотокарточки и поддельные удостоверения Флориана лежали в тайнике под половицей, который младший Леконт сделал еще ребенком. Там же я оставила и дорогой моему сердцу фотоаппарат с эксклюзивными снимками, сделанными в жуткие первые сутки на Мордиде. Мы не знали, будет ли этого достаточно для Совета эльмаров, чтобы прислушаться к нашим словам, но других доказательств у нас все равно не было. Несколько раз Адриан отлучался, рыща по поместью в поисках следов ритуала, но так ничего и не обнаружил. Так что оставалось лишь рискнуть.

Если, конечно, нам удастся покинуть Мордид живыми.

Три препятствия стояли между нами и вожделенной свободой – шторм, слуги и Дориан Леконт. И если последнему нам совершенно нечего было противопоставить, а первое оставалось лишь переждать, то второе…

– Нужно обезвредить всех разом. Достаточно одного, кто успеет доложить отцу, – и игра закончится.

Мы встретились в кабинете Себастиана, все так же перебравшись вдоль второго этажа по карнизу. Четверть часа назад братья демонстративно поругались за стаканом вечернего виски и разошлись, якобы не желая терпеть общество друг друга. На людях это происходило с завидной регулярностью, дабы старания Дориана, вложившего столько сил во взращивание недоверия между собственными детьми, не пропали даром. Адриан отъявленно язвил, Себастиан огрызался в ответ. Зато потом…

– Да ты, я смотрю, кровожаднее отца. Предлагаешь устроить на острове резню? И как ты себе представляешь одномоментное истребление по меньшей мере полусотни человек?

– Заметь, братец, из нас двоих ты первым заговорил об убийстве. Я же думал о небольшом представлении, чтобы в нужный момент все смотрели в другую сторону.

– И какое же? Разденешься и устроишь показательное выступление? Думаешь, там кто-то что-то еще не видел? Доходили до меня слухи о твоих развлечениях в Селье.

– А по-моему, вышло вполне неплохо. Но я не об этом. Взрыв. Взрыв все делает лучше.

– Взорвешь в саду петарду?

– Зачем же так мелко? Лучше сразу дом. Немного огня, газовая труба – и готово.

– Вот поэтому, Адриан, отец и не торопился записывать тебя в наследники. С таким подходом от семейной недвижимости в рекордные сроки останется лишь груда камней.

– Зато ты у нас хороший и правильный мальчик. Первый после Фло в списке отцовских любимчиков. Жаль только, что интерес нашего родителя весьма… специфический.

Я поморщилась. Мирная беседа в исполнении братьев Леконт мало чем отличалась от попыток изобразить острый конфликт.

– Зачем вообще тратить время на слуг? – хмуро проговорил Себастиан, не желая развивать опасную тему. – Не проще ли стереть воспоминания каждому, кого встретишь по дороге? Это куда менее затратно.

– И совершенно неэффективно. Даже если проигнорировать тот факт, что на это уйдет прорва нашей энергии, для верности придется запереть всех в одной комнате, чтобы никого не пропустить… Точно, запереть! Отличная идея!

– О, да. По крикам и стукам отец точно ни о чем не догадается.

– Хватит, – не выдержав, вмешалась я. – Такое ощущение, что вы говорите о куклах, а не о живых людях. Не нужно никого убивать или взрывать. И ваши эльмарские способности, – я невольно поежилась, вспомнив приказ Флориана, – тоже мало чем отличаются от убийства.

Себастиан скептически хмыкнул.

– Что-то плохо ты, Риан, старался, я посмотрю. Так что вы предлагаете, мадемуазель Арлетт?

Раздумывая над ответом, я обвела взглядом кабинет. Комната была погружена в полумрак, чтобы не привлекать внимание возможных наблюдателей снаружи, – лишь тонкая полоска света пробивалась из приоткрытой двери спальни. За ней в узком проеме виднелось трюмо и угол кровати, где, сжавшись в комок, спала Мадлена. К плану побега, как и ко всему остальному, жена Себастиана оставалась безучастной, предоставив мужу принимать решения за них обоих, и потому мы с Адрианом чаще всего заставали ее спящей после ударной дозы снотворного «Леконт-Фарма». Эльмарские препараты поистине творили чудеса, сваливая с ног любого…

Тьерд! А ведь это могло сработать!

– Снотворное! – выпалила я, подскакивая на месте. Адриан и Себастиан, уже приготовившиеся продолжать бессмысленный спор, повернулись ко мне с одинаковым удивлением на лицах. – Слуги ведь принимают пищу вместе. Что, если подсыпать порошок в еду, чтобы вырубить всех на несколько часов? Как раз хватит, чтобы убраться с острова.

– Звучит неплохо, подарочек. – Младший Леконт одобрительно поднял палец вверх. – А что, может сработать. Если найти достаточно таблеток…

– Не делай вид, что хоть что-то понимаешь в семейном бизнесе, Адриан, – покачал головой Себастиан. – Для того чтобы активное вещество подействовало на всех, как предлагает мадемуазель Арлетт, «достаточно», – эльмар сделал характерный жест руками, – будет начинаться с десяти пачек. Мадлена взяла с собой две. Да и те она ежедневно использует.