«Мне это не нужно».

– Зато мне – да. Я не могу просто забыть о том, что произошло, и как ни в чем не бывало жить дальше. Ты мой единственный близкий человек…

«Будут другие, – мягко ответила она. – А может, уже есть».

– Не уходи от темы. Расскажи, что случилось? Правда ли, что твоя мать – Сандрин Леконт?

«Мама… – тоскливо всхлипнула Дель, сдаваясь. – Мама… Я помню ее, рядом…»

– Ты нашла ее, да? – ухватилась я за протянутую ниточку нужной темы. – Сандрин Леконт. Что она сделала, когда узнала про тебя?

«Мама… – Взгляд фантома устремился куда-то за мою спину. – Я так долго искала семью, полагая, что те, кто с первого дня жизни отвергал само мое существование, будут счастливы принять меня в объятия. Но я ошибалась. Наивная. Меня просто использовали. Сделали приманкой, чтобы раскрыть чужое сердце».

Все внутри похолодело. Я подалась к подруге, не сводя с нее напряженного взгляда.

– Дель, кто убил тебя? Это сделал Дориан в попытке добраться до силы собственной дочери?

Подруга всхлипнула. На призрачных щеках заблестели дорожки слез.

«Я помню ее лицо и эти вены – черные, страшные вены, медленно проступавшие сквозь тонкую кожу. Она хотела защитить меня. Она пыталась. Сопротивлялась так, что мне казалось, у нее получится вырваться из-под его власти. Но ничего не вышло. Он… он… ее…»

Слова превратились в бессвязное бормотание, а я замерла, совершенно сбитая с толку.

Если Дориан нашел внучку и через нее поглотил силы Сандрин, как вышло, что эльмарка все еще была жива? Разве такое возможно? Разве?..

Внутри поднялась, затапливая все, холодная волна ярости. И как я только могла подумать, что все закончилось? Нет, нет, и еще раз нет!

Тверд!

Но призрачную Дель волновали иные вопросы. Полупрозрачный силуэт качнулся ко мне, почти коснувшись кожи.

«Пожалуйста, остановись, Кайя. Они убьют тебя и всех, кто тебе дорог. Уходи. Убегай, пока не поздно, – из Рижа, из Галлеи…»

– Поздно, – качнула головой я. – Я должна дойти до конца.

«Нет! Не смей!»

Глаза Дель вспыхнули алым эльмарским огнем. Я почувствовала, как слова вгрызаются в сознание, грозя подменить мои истинные желания и чувства. Но Дельфина не была полноценным эльмаром. А я – ланья – ничуть не хуже нее умела убеждать.

– Помоги мне.

«Нет!»

От блеска в алом взгляде отдавало могильным холодом. Дышать – хоть это казалось странным в состоянии между жизнью и смертью, куда погрузила меня магия ланьи, – становилось все тяжелее.

Я с трудом разомкнула помертвевшие губы.

– Ты же знаешь меня, Дель. Я не отступлю. А поэтому, прошу, помоги мне… Прошу, Дель… У меня почти не осталось сил…

И она… сдалась. Улыбнулась – знакомой и такой живой улыбкой, от которой тоскливо заныло сердце.

«Возьми, Кайя. Возьми все, что у меня есть…»

Призрачные пальцы переплелись с моими – просто прошли насквозь, полупрозрачным кольцом сомкнувшись на тыльной стороне ладони. Почти бессознательно я подалась к Дель, вобрав силуэт фантома внутрь себя, – и почувствовала, как отдается в голове эхо ее легкого смеха.

«Ты – моя настоящая семья, Кайя. Ты…»

Остальное я не услышала. Мир перед глазами померк, и призрак Дель, все еще продолжавший говорить, растворился в черном тумане, прежде чем я успела сказать, что тоже люблю ее и благодарна за эту последнюю…

Глава 17

Глава 17

– Пей, пей.

Губ коснулся край кружки. Дрожа так, что зуб на зуб не попадал, я попыталась сделать глоток, но лишь чудом не расплескала содержимое.

Тьерд, как же мне было паршиво!

Что-то заскрипело, матрас за спиной прогнулся под тяжестью чужого тела. Затылок уперся в твердое плечо Адриана, севшего сзади и обнявшего меня за плечи. Это помогло. Сохранять вертикальное положение стало легче, и я наконец смогла удержать кружку, наполненную подогретым вином и кровью.

– Пей.

Горячая волна прокатилась по пищеводу, теплом разливаясь по венам. Я рвано выдохнула.

Хорошо…

– А я уж боялся, что придется будить тебя как спящую принцессу из сказки, – фыркнул младший Леконт над ухом, не выпуская меня из согревающих объятий. – Ну, то есть по плану должно было быть искусственное дыхание, но все, что я усвоил из процесса, – это поцелуи рот в рот. Еще, кажется, надо было что-то сжимать…

Ладони эльмара недвусмысленно скатились с плеч и мягко обхватили мои груди. А потом и сжали, для верности пощекотав кончиками пальцев.

– Эй!

Это было уже слишком. Я дернулась, едва не уронив многострадальную кружку. После купания в ледяной ванне тело слушалось плохо, но на то, чтобы недовольно развернуться, встретившись взглядом с эльмаром, сил хватило. В синих глазах не было ни капли раскаяния – лишь ехидство пополам с радостью оттого, что я пришла в себя.

– Смотрите-ка, реанимация идет по плану, – нагло усмехнулся Адриан, притягивая меня к себе и накрывая сверху одеялом. – Как удачно, что лучший способ согреться – это оказаться голыми в одной постели.

Но я не поддалась на соблазнительное обещание страсти. Сейчас были дела поважнее.

– Адриан…

– Что? – Он мгновенно подобрался, сменив шутливый тон на деловой и серьезный. – Прощание с подругой оказалось не самой хорошей идеей? Что сказала Дельфина о сертификате и убийстве – если фантомы, конечно, вообще могут выдавать хоть что-то связное?

Я застыла, унимая дрожь. Призрачное лицо Дель с прозрачными дорожками слез стояло перед внутренним взором, рождая в душе сожаление и печаль.

А еще много, много вопросов.

– Все сложно…

– Раз игра в доктора и пациентку отменилась, мы никуда не торопимся. Начни с начала, а там, глядишь, и доберемся до сути. Тебе удалось увидеть призрак Дельфины? Она говорила с тобой?

– Да.

– Хорошо. А то со стороны, сама понимаешь, никакой магии заметно не было. Была только ты, медленно синеющая в ледяной воде, и я с термометром в полных непонятках: есть ли еще шанс отпоить тебя с помощью эльмарской крови, или уже пора звонить в реанимацию? Так себе опыт, честно скажу, предпочел бы больше не повторять.

Я слабо улыбнулась. Искреннее волнение в синем взгляде удивляло. Я привыкла, что никто, кроме Дель, никогда не проявлял ко мне заботу, и вдруг за короткий промежуток времени аж два человека – хорошо, одна аранха и один эльмар – доказали, что моя жизнь хоть что-то да значит. Это подкупало. И не могло не вызывать ответных чувств.

Наклонив голову, я невесомо коснулась теплой ладони Адриана губами.

Эльмар фыркнул.

– Что ж, с духами разобрались. Что насчет Сандрин?

– Дель не сказала напрямую, но упоминание Сандрин взволновало ее. Несколько раз она назвала ее мамой. Так что, – развела я руками, – пусть мне сложно в это поверить, но сертификат, скорее всего, подлинный, и твоя сестра действительно мать Дельфины.

– А я как раз легко могу себе это представить, – спокойно отозвался Адриан. – Закрытая школа, бушующие гормоны, привлекательный парень с сильной кровью нимфалид. Сколько ей тогда было? Лет восемнадцать, не больше. А потом о беременности узнал отец. Или не узнал, а Сандрин испугалась, что узнает. И не придумала ничего лучше, кроме как отдать новорожденную дочь в приют.

От будничного тона, с каким младший Леконт рассказал историю сестры и Дель, меня передернуло.

– Тьерд. Как ужасно…

– Это еще мягко сказано, если учесть, что мы говорим о моем папаше, чтоб его тверды в бездне жрали с особым удовольствием. Не удивлюсь, если на самом деле он собственноручно передал Дельфину в приют, сказав Сандрин, что девочка не выжила.

– Он никогда не принял бы Дель, – с горьким осознанием проговорила я. – С учетом того, как сильно он был одержим сохранением чистой эльмарской крови…

А тут удар за ударом. Дочь спуталась с нимфалидом, старший сын развелся с женой-эльмаркой, так и не оставив сильного потомства. Неудивительно, что всех своих детей Дориан Леконт считал разочарованием.

А может, ему и не нужно было, чтобы дети, так или иначе обреченные им на смерть, оправдывали ожидания отца…

Адриан хмуро кивнул.

– Если бы в твоей подруге возобладали гены эльмаров, возможно, все сложилось бы по-другому. А так Дориану было даже выгодно придержать в руках козырь против Сандрин. Вдруг дочь больше не сформирует ни с кем прочную связь? Тогда и пригодился бы ребенок, прекрасно подходящий для ритуала…

Я вздрогнула, вспоминая. Тьерд, я чуть не упустила самое главное!

– Ритуал! – выпалила я торопливо. – Адриан, Дель сказала, что последним, о чем она четко помнит, был ритуал! Дориан пытался через нее выпить Сандрин, но… – Я сцепила пальцы в замок, пытаясь унять волнение. – Я не понимаю, Адриан, не понимаю. Мы же видели твою сестру, живую и здоровую. Она выступила вместе с нами против Дориана. Вызвала Совет, вытащила меня из-под завалов после взрыва, а после бросилась на помощь тебе…

Я потрясенно замолчала, увидев, как закаменело лицо Адриана, – как будто то, что я говорила, не имело никакого смысла.

– Да? Да?..

– Нет. – Тихий ответ обрушился на меня каменной плитой. – Никакого Совета не было. Прибыли только Марбели, да и те, стоило им услышать о ритуале, подозрительно быстро уплыли прочь. А Сандрин… когда я встретил ее после взрыва, все уже было кончено. Отец был мертв, Себастиан – почти мертв. Уцелела только Мадлена, как оказалось, ненадолго. Сандрин вывела ее, заверила меня, что ты в порядке, и обещала отправить вас обеих в безопасное место, пока я безуспешно пытался оживить Себа. Я предупредил, что топливные баки катеров пусты, но она только отмахнулась, сказав, что решит эту проблему.