Я откинула голову, подставляя шею под поцелуи, и крепче сжала ногами бедра эльмара.

– Да. Да…

* * *

– Да! Да! Еще! Ох…

Адриан, казалось, был совершенно неутомим, вознося меня к пику наслаждения – снова, снова и снова. Я потеряла счет прикосновениям и поцелуям еще в самом начале, а потом, переполненная счастьем до краев, качалась на волнах удовольствия, позволяя младшему Леконту делать со мной все, что ему вздумается.

Никто и никогда прежде не любил меня так – с такой вдохновенной и отчаянной страстью, будто хотел за одну ночь получить авансом все, что было уготовано нам судьбой на пару ближайших лет. Это казалось безумием – безумием, которому хотелось отдаться без остатка. Стонать, извиваться в его руках, двигаться в такт, целовать припухшие горячие губы и бессвязно шептать все, что говорило сердце, не запоминая этих рваных, спутанных слов.

– Риан… да… еще, еще, пожалуйста… я… тебя… ох…

– Кайя… моя…

Его.

Странное слово, всегда казавшееся мне чем-то чужеродным, неправильным. Но сейчас я готова была повторить его тысячу раз – каждым движением бедер, каждым поцелуем, каждым взглядом, каждым вздохом давая понять, как сильно хочу стать с Адрианом одним целым.

Я уснула лишь под утро, совершенно обессилевшая после бурной ночи. И даже тогда не перестала улыбаться, прижимаясь к младшему Леконту так крепко, как будто давно привыкла засыпать в объятиях любимого мужчины. Впервые мне было спокойно и легко, и казалось, что будущая жизнь в далеких зеленых джунглях Нового Света обязательно станет прекрасной.

Ведь теперь я была не одна.

Наверное, поэтому появление призраков и стало полной неожиданностью, испугав сильнее, чем в первую ночь, когда во мне только-только проснулись способности ланьи.

«Кайя Арлетт».

Я огляделась, недоумевая, откуда вдруг в черноте забытья взялись фантомы, ведь я не приближалась к грани между жизнью и смертью, а в квартире на рю Эрмес, на мое счастье, не должно было быть никаких призраков, кроме Дель. И тем не менее они стояли передо мной.

Полупрозрачные силуэты, которые я, не слишком глубоко знакомая с историей рижских эльмаров, не могла опознать, и другие – те, кого знала прекрасно.

Мертвые Леконты.

Флориан.

Себастиан.

Сюсанна.

И впереди них, знакомая и незнакомая одновременно, привлекательная блондинка, в тонких чертах которой неуловимо угадывалось сходство с Адрианом.

Я видела эту женщину на фотоснимках – молодую и улыбающуюся, строгую, подавленную, усталую. Но точно не такую, как сейчас, – встревоженную, взволнованную, с руками, умоляюще сжатыми у груди.

«Кайя Арлетт, – услышала я ее бесплотный голос, прежде чем успела задать хоть один из мучавших меня вопросов. – Прошу тебя, помоги моему сыну».

Сердце кольнуло ледяной иглой беспричинного, казалось бы, страха.

– Что вы хотите сказать? Адриан… С ним все в порядке. Мы собрались бежать, мы почти подготовили вещи. Нет смысла оставаться в Риже, где Альтериан легко сможет добраться до нас, как уже добрался до остальных своих детей…

Мать Адриана посмотрела на меня с сочувствием и тоской.

«Нет».

– Почему нет?

Голос сорвался.

На самом деле… я уже знала ответ.

Потому что Адриан не собирался ехать со мной. Это я по его плану должна была покинуть Риж и отправиться под другим именем на тропические острова, чтобы пить коктейли и плавать под парусом. А он…

Горло сдавило.

Так вот к чему было проявленное совместное фото, тихий ужин и безумная, жаркая ночь. Прощальный подарок от того, кто за короткое время стал для меня дороже всех на свете.

Тьерд!

Как я могла на это повестись?

«Еще не поздно, Кайя Арлетт, – прошелестел призрак. – У тебя есть шанс спасти Риана, если он тебе действительно дорог».

– Да, да, да. Я готова. Вот только… что нужно делать? Альтериан сильнее нас обоих. Я не хочу, чтобы Адриан погиб из-за меня, но не знаю, как противостоять поглощению…

На губах фантома расцвела нежная, мягкая улыбка.

«У тебя есть все, что тебе нужно. Сила тех, кто готов добровольно встать на твою сторону. Убеждение ланьи. И любовь – то, что неведомо Альтериану Леконту, одержимому лишь страхом и иллюзией собственного всемогущества».

«Мы поможем тебе, – вразнобой откликнулись доселе молчавшие духи погибших Леконтов. – Больше никто не умрет. Никто».

«Никто, – эхом повторила мать Адриана. – Но для этого ты должна удержать моего сына от глупости. Только ты сможешь это сделать. Только ты».

– Но как… я не понимаю.

«Поймешь. А теперь тебе надо прийти в себя, и как можно скорее. Желательно – прямо сейчас».

Она отвернулась от меня и выкрикнула чужим, механическим голосом, медленно растворяясь в темноте:

«Три минуты, три минуты…»

– Постойте! Подождите! – Я потянулась к ускользающим фантомам. – Вы так и не сказали мне главного! Как победить Альтериана Леконта?

«У-у-у-у-у!»

Глава 19

Глава 19

В сознание ворвался резкий гудок. Издалека доносились приглушенные звуки, нечеткие голоса, перестук колес. Совсем рядом кто-то вздохнул, шурша газетой. Зашипел, включаясь, громкоговоритель.

– Поезд Риж – Бао-сюр-Мар отправится с платформы Леррон-Центральная через две минуты! Просим пассажиров занять свои места, а провожающих выйти из вагонов.

Тьерд!

Я дернулась, сбрасывая сонное оцепенение. Локоть ударился обо что-то мягкое, в ответ послышалось недовольное оханье.

– Осторожнее, мадемуазель!

Ошалело моргая от непривычно яркого света, я огляделась.

Купе первого класса. Кожанка Адриана на моих плечах. Незнакомый вокзал за окном. На соседнем сиденье – пожилой мужчина с газетой, потиравший ушибленный бок.

– Что вас так переполошило? – осуждающе качнул головой он. – До Бао-сюр-Мар еще больше суток пути, спали бы, пока обед не принесут.

Адриана рядом не было. Я заснула на его плече в своей маленькой рижской квартирке на рю Эрмес, а пришла в себя в поезде, едущем… тьерд пойми куда!

– Я должна выйти. Прямо сейчас.

– Да пожалуйста. – Мужчина как будто даже обрадовался возможности избавиться от взбалмошной попутчицы. – Кто же вам мешает?

Точно откликаясь на его слова, состав вздрогнул.

– Поезд Риж – Бао-сюр-Мар отправляется, – раздался со станции голос диспетчера, усиленный громкоговорителем. – Повторяю…

На подгибавшихся коленях я бросилась вон.

– Мадемуазель! – ударил в спину недовольный оклик. Из открытого купе выглянул мой попутчик. – Вы забыли вещи!

В дверном проеме показалась сумка Адриана. Размахнувшись, мужчина кинул ее мне, и я на чистых рефлексах успела перехватить кожаную ручку.

– В следующий раз будьте внимательнее.

– Счастливого пути, – не придумав ничего лучше, ответила я. – Хорошей погоды!

Дверь закрылась, и в этот момент поезд дернулся, выбивая из-под ног ненадежную опору.

Тьерд, тьерд, тьерд!

Тело, еще не сбросившее оковы сна и расслабленную усталость после бурной ночи, слушалось плохо. В голове частым пульсом билось: «Быстрее, быстрее!» Меня шатало из стороны в сторону, бросая от стены к окну. А поезд меж тем понемногу набирал ход…

Только бы успеть!

Наконец бесконечный коридор закончился, и я, тяжело дыша, ввалилась в тамбур. Заветный выход на перрон перегораживала спина проводника. Услышав шум, мужчина обернулся.

– Мадемуазель…

– Пустите, пустите!

– Не положено. Поезд уже тронулся, и вы…

Я не стала слушать. Оттолкнув плечом замешкавшегося мужчину, я протиснулась к ступенькам и, ни секунды не медля, спрыгнула.

Ух!

Столкновение с каменным покрытием перрона вышло жестким, но я – не знаю уж как – сумела устоять на ногах. Наблюдавшие за необычной сценой зеваки охнули. Проводник, высунувшись из двери, покрутил пальцем у виска.

– Сумасшедшая!

Переведя дух, кивнула.

Да, не поспоришь.

* * *

Осознание того положения, в котором я оказалась, накрыло меня, когда поезд Риж – Бао-сюр-Мар уже скрылся из виду за изгибом путей.

Я оказалась одна в незнакомом городе с чужой сумкой и полным непониманием, как вернуться обратно в Риж. Однако куда сильнее пугало отсутствие Адриана и тот факт, что призраки – откуда бы они ни появились в моем видении – были уверены, что младшему Леконту грозит смертельная опасность.

Тьерд, тьерд, тьерд!

На самом верху сумки, на куче наспех сложенной одежды, лежали туго набитый наличными бумажник, документы и сложенная вчетверо записка. Тянуться к последней было страшно, так что, отложив деньги, достала идентификационную карточку.

Знакомую, надо признать, карточку.

«Мадам Жюстин Лаббе, двадцать пять лет, уроженка Иньи-сюр-Лак. Замужем».

Фото Эммы, красовавшееся там в тот день, когда мы с Адрианом нашли поддельные документы Фло, было аккуратно заменено на мое лицо, вырезанное из нашего с Адрианом совместного снимка.

От собственной улыбки, широкой и остро-счастливой, стало тошно. В голове пульсировала, вызывая приступ дурноты, ужасная мысль.

«Адриан все продумал, продумал с самого начала. В тот вечер, когда я нашла его, запершегося в ванной с проявочными бачками, он уже знал, что собирается сделать. Планировал, готовился…»

Дрожащими пальцами я развернула записку. Билет со стилизованным изображением парохода, выписанный на имя Жюстин Лаббе, упал на мои колени и, подхваченный ветром, улетел неизвестно куда. Я и не подумала его догонять. Взгляд замер на неровных, торопливых строчках, выведенных поверх черновика статьи о Леконтах.

«Кайя! Мне жаль, но в круиз тебе придется отправиться в одиночку. Съешь за меня креветок, искупайся в океане и научись ходить под парусом. О деньгах не беспокойся – в банке открыт внушительный счет на твое новое имя. И можешь забыть об эльмарах. Никто и никогда не придет за тобой, чтобы убить или поглотить силу. Обещаю, к моменту, когда ты сойдешь с поезда, с Альтерианом будет покончено. Будь счастлива и береги мою кожанку. С любовью. Твой Риан».