– Тогда приди и возьми.

Он протянул факел так, чтобы я смогла схватить. Не двигаясь, я обдумывала разные сценарии, предсказывая его ход. Все казалось неправильным, словно он тянул время.

– Что происходит?

– О чем ты? – Казалось, Уорик насмехался, а не спрашивал. – Даю тебе оружие. – Он обхватил себя руками, словно приводя в порядок. – Выравниваю шансы.

– Нет. – Что-то кольнуло меня в шею – предупреждение. – Ты не такой. Прекрати со мной играть. Сражайся.

Он наклонился вперед.

– Я даже еще не играл с тобой.

Я втянула воздух через нос и отступила назад, притворяясь, что бросаюсь в сторону, но Уорик, казалось, знал каждое мое движение.

Он начал смеяться.

– Попробуй еще раз, Ковач. – Его дыхание коснулось моей шеи. – А теперь действительно беги.

Я не сомневалась. Я осматривала арену в поисках того, что могло бы мне помочь.

«Удиви своих врагов. Застань их врасплох. Сделай что-нибудь неожиданное», – произнес Бакос в моей голове.

Неожиданное.

Я остановилась, Уорик врезался прямо в меня – он не сразу заметил мой маневр. Развернувшись, я врезала ему в лицо – боль пронзила руку. Не было времени думать, поэтому локтем я въехала в мягкую часть его горла. Уорик, рыча, согнулся в кашле. Я пнула его по груди – Уорик упал на землю – вокруг нас поднялось облако грязи, факел откатился от него, пламя погасло.

Я расслышала реакцию зрителей, но она была отдаленной – я прыгнула за факелом, конец которого был похож на кол.

Удар пришелся мне в висок, отбросив меня в сторону – я покатилась по земле. Уорик бросился ко мне, прижимая к земле. Я чувствовала каждую частичку его тела. Кровь покрывала нас обоих, у нас сбивалось дыхание. Я ощущала катящийся градом пот по его коже, вероятно, он собирался меня убить, но мое тело желало другого.

Внезапно я разозлилась на себя – на возбуждение между ног, на то, что чувствовала его эрекцию, то, что упиралось в меня. Брыкаясь и извиваясь, я пыталась вырваться, стиснув зубы от гнева.

– Прекрати, Ковач… – пробормотал он, его губы были так близки, я замерла. – Я пытаюсь не убить тебя.

Что? Я ничего не понимала. Правильно ли я его услышала? С арены выходит ведь лишь один. Иначе никак.

– Да почему же так долго? – пробормотал он, снова смотря наверх, отвлекаясь.

Он ошибся.

Я врезала ему лбом в его и без того уже подбитый нос – послышался хруст. На меня брызнула кровь, и Уорик с ревом отпрянул назад. Вывернувшись из-под него, я потянулась за факелом. Он ухватил меня за лодыжку, таща назад. Лицом я ударилась о грязь – из губы потекла кровь, капая мне на язык. Темные капли крови покрывали землю. Превозмогая боль, я ползла к факелу, пытаясь дотянуться кончиками пальцев.

Кожа горела – Уорик оттащил меня, повалив на гравий, оружие выпало из моих рук.

– Черт. – Уорик перевернул меня на спину и лег сверху – казалось, меня накрыли тяжелым одеялом. Его кровь размазывалась по моей спине. – Ты меня забавляешь. Ты сильнее, чем я думал.

– Ты думаешь, это весело? – зарычала я, пытаясь сбросить его с себя. – Больной ублюдок.

– А ты разве нет? – Он коснулся своим носом моей шеи, отчего по коже пробежали мурашки. Уорик вскинул голову, высокомерно ухмыляясь мне. – Ты ведь тоже чувствуешь себя живой? – Он схватил меня за бедро, подтягивая вверх и зажигая желание. Я выпустила стон, мое тело желало большего. Энергия на арене вибрировала и окутывала нас, усиливая эмоции до крайности. Смерть. Секс. Воздух дрожал, обвиваясь вокруг нас, взывая к порочности.

Дикости и грубости.

Я потеряла всякую осмотрительность, страстно желая, чтобы он взял меня прямо здесь, чувствуя, как его руки обхватывают мое горло, крадут последние капли моей жизни. Мне даже понравилась идея, что у нас будут свидетели. Эта энергия пульсировала во мне словно наркотик.

Повинуясь желанию, я прижалась к нему. Уорик втянул в себя воздух, ругаясь под нос. Его рука на моей ноге сильнее впилась в кожу, глаза сверкали. Он чувствовал то же, что и я. Принимал это. И я вытеснила другие ощущения, желая быть поглощенной.

– Боги. Черт, – прошипел он и откинул голову назад, давая мне возможность оценить обстановку, – я чувствую это. Ты жаждешь большего.

Я прикусила губу, запирая все эмоции, мой нос раздувался – я была в ужасе от того, как сильно его хотела, и мне претил тот факт, что он заметил это.

– Слезь с меня, – зарычала я, пытаясь вырваться из его хватки. – Если собираешься убить меня, то сделай уже это. Или волк только воет и не кусается?

– Хочешь, чтобы я укусил? – Моментально он сжал руку на моем горле. – Так? Этого ты жаждешь? Почувствовать экстрим? Перейти черту? – Он надавил мне пальцем на трахею. В эту же секунду кровь прилила к моим конечностям, желание усилилось. – Жизнь и смерть. Любовь и ненависть. Такая тонкая грань между ними.

– Убей ее! – закричал кто-то.

Уорик наблюдал за мной, на его губах появилась жестокая усмешка. Подушечка его большого пальца мягко обвела кожу на моем горле, а потом он сильно надавил, перекрыв мне воздух. Я дернулась, инстинкт самосохранения сработал. Царапаясь и брыкаясь, я пыталась вырваться из его хватки, но не могла пошевелиться. Мне казалось, что меня удерживают воображаемые руки, скользят по моей коже, спускаются ниже к моим бедрам.

– Крови! Крови! – требовали зрители – им не понравилось то, как он решил меня убить.

Уорик зарычал, его глаза снова поднялись к трибунам.

Тьма наступала на меня, погружая в мутную воду, утягивая на дно. Смерть манила, протягивала руку. Я потянулась к костлявой руке, коснулась ее кончиками пальцев.

БАХ!

Смерть не забрала меня тихо с собой. Нет. Все взорвалось, сотрясая землю и погружая мир в беспорядок и тьму.

Глава 25

Глава 25

– Брексли.

Сквозь мрак до меня донеслось мое имя, выдергивая из небытия. Глубокий голос обвился вокруг меня, грубо притягивая назад.

– Ковач!

Я открыла глаза, кислород хлынул в мои легкие. Я жадно втягивала в себя воздух. На меня смотрели яркие глаза цвета морской волны – якорь, удерживающий меня и вытаскивающий на берег. Судорожно вдохнув, я почувствовала, как пыль осела в горле, отчего закашлялась и начала хрипеть. Тяжело дыша, я повернулась набок.

– Мы должны идти, – прорычал Уорик, его голос вернул чувство реальности, и я услышала неистовый шум.

Хаос.

Суматоху.

Сигнал тревоги раздался в воздухе, обрушаясь на мой запутанный разум. Грязь дождем сыпалась отовсюду, арену освещали лишь несколько резервных генераторов, остальной мир погрузился во тьму.

Разрушение.

Пронзительные крики, топот ног и вопли эхом отражались от стен – заключенные врезались во все, что стояло у них на пути, уворачиваясь от камней, летящих с потолка.

– Идем.

Уорик рывком поднял меня, и я еле устояла на ногах. Меня интересовало, что происходит, но я не стала спрашивать и, спотыкаясь, последовала за ним. Интуиция говорила мне следовать за Уориком, вокруг бушевало безумие, страх подгонял меня.

Все вопросы потом.

Уорик прикрыл мою голову, защищая от камней, летящих с разрушающегося потолка. Положив руку мне на поясницу, он направлял меня к туннелю в кромешной тьме, через который не так давно меня вел Зандер. На смерть.

Когда мы достигли конца туннеля, Уорик поднял руку. Остановившись, он выглянул наружу, а затем помахал мне – тусклый свет окрашивал помещение в жутковатый зеленовато-коричневый цвет, скрывающий все, кроме очертаний. Сигнал тревоги и крики разносились по тюрьме, я вздрогнула и стиснула зубы. В носу стояла пыль, она же забила и горло.

Везде я могла видеть заключенных в красных, желтых, синих и серых тюремных робах, направляющихся к главному туннелю. К свободе. Они сражались с охранниками, пытавшихся их остановить, нападая на любого, кто стоял у них на пути. Охрана быстро потеряла контроль.

Чистый хаос.

– Нет. Сюда.

Уорик обхватил мою руку своей огромной лапой, потянув в противоположную сторону от остальных. Его плечи были напряжены, мышцы напряглись – в любую секунду он был готов атаковать.

– Стоять! – Охранники катились за нами, словно шары для боулинга, нацеленные на кегли. – Мы будем стрелять!

Уорик сильно сжал мои пальцы, протаскивая сквозь заключенных у выхода, напоминающих косяки рыб, плывущих вверх по течению. Но из-за его телосложения он не мог затеряться в толпе, возвышаясь, как маяк над остальными.

– Стоять!

Раздались предупредительные выстрелы, просвистевшие над моей головой.

– Стоять! – послышались крики и топот ног бежавших позади нас охранников.

Уорик свернул за угол, затащив меня в темный туннель. Фаркас присел, притянув меня к себе. Его тепло окутало меня, защищая, а дыхание касалось моей шеи.

Охранники остановились возле туннеля. Четверо шагнули в проход, вооруженные пистолетами, хлыстами и ножами.

– Куда они подевались? – спросил один, под его каблуком хрустнул гравий, и этот звук ударил по моей психике. – Они не могли далеко уйти.

– Мы не можем их потерять, – сказала женщина, она двигалась быстрее других, – плевать на остальных, но этих двоих нельзя упустить.

Двое нагнали женщину, а потом один остановился. Уорик напрягся. Меня охватила паника, и я замерла – в горле встал ком, ноги дрожали.

Охранник принюхался, задрав нос так, словно пытался уловить наши запахи. Он сделал еще один шаг к нам.