– Дерево, часы, компас… А каким образом все эти предметы помогут нам найти Империальную звезду? – сказала я, остановившись посреди дороги.

Удивительно, но я не задумывалась об этом раньше. Теперь, когда у нас был один предмет из трех, что упоминались в книге, поиск артефакта казался все реальнее.

– Последние страницы. Ты же читала их? – спросила Киара.

– Да, там что-то про нож и кровь. Если я верно понимаю, кто-то из нас должен будет ею пожертвовать. Но зачем?

Киара взглянула на меня так, словно я спрашивала о самых очевидных вещах на свете. Это начинало надоедать.

– Миносу стоило провести для тебя хоть какой-нибудь краш-курс по магии, – вздохнула она. – Кровь связывает, усиливает, она проводник. Кровь используется во многих ритуалах. И в этом тоже.

– И она содержит в себе магию своего хозяина, – тихо дополнил Ратбоун.

– Да, приносить кровь и, соответственно, свою магию – обыкновенная практика в сложных магических ритуалах.

– Хорошо. Но, допустим, что мы добыли все три предмета ко дню Равноденствия…

Моррисон демонстративно фыркнул.

– И как же я должна отыскать артефакт? В книге нет никаких инструкций по поводу того, что делать дальше.

– Если бы все было так легко, ты бы и не понадобилась, – съязвил Ратбоун.

Кровь прилила к моему лицу.

– Да что с тобой не так? – закричала на него я. – Я вчера спасла тебе жизнь, и ты даже спасибо не скажешь, а будешь надо мной издеваться?

– Я уже сказал. Мне тебе в ноги кланяться?

Он как ни в чем не бывало продолжил идти вперед.

– Мне осточертели твои перепады настроения, – рявкнула я и устремилась к площади.

Ноги быстро двигались, чтобы никто не заметил, как помутнели глаза, наполненные слезами.

14 Прозрение

14

Прозрение

У большой палатки пурпурного цвета всегда стоял народ.

По крайней мере, так сообщили владельцы местной пекарни.

На площади действительно толпилась огромная куча людей, и многие из них ждали своей очереди в «Сеансы мадам Гельмер». Переливающаяся на солнце вывеска выглядела совершенно неубедительно.

– Шарлатанство, – плюнул кто-то неподалеку.

Мужчина отряхивал шляпу от чего-то невидимого и ругался себе под нос. Из кармана у него торчал билет такого же цвета, как и палатка.

– Ему просто не понравилось предсказание, – закатила глаза Киара. – Пойдем, Мора, узнаем наше будущее.

Сначала я решила, что она шутит, но Киара и в самом деле потащила меня за собой в сторону гигантской очереди.

– Серьезно, Ки, вы будете тратить на это время? – крикнул нам вслед Моррисон.

Но Ки, как он ее называл, была непреклонна.

– Нет, ну правда, неужели ты думаешь, что эта гадалка и в самом деле дает настоящие предсказания? – спросила я.

– А почему нет? Если гадает на крови. А она укалывает посетителям палец, судя по слухам. В общем, эта Гельмер вполне может оказаться настоящей ясновидящей.

– Такие правда бывают?

– Очень редкий дар, но все же реальный, – пожала плечами Киара. – Разновидностей магии крови, равно как и других видов магии, довольно много.

Только начинало казаться, что я понимаю волшебный мир, как очередной булыжник падал мне на ногу. Хотелось взвизгнуть.

– Вам пора учебники писать, – надулась вместо этого я.

Киара снисходительно посмотрела на меня и заправила выбившуюся прядь волос мне за ухо. Жест смягчил и одновременно растрогал.

– Обычно это передается из уст в уста. С самого детства.

Верно, с магического детства, которого у меня не было. Я стерла слезу со щеки. Весь день глаза на мокром месте.

В очереди к гадалке стояли как молодые женщины, с аккуратно убранными на затылок волосами и прямой осанкой, так и мужчины с серебристыми бородами в байкерских куртках. Последние держались обособленно, избегая взглядов окружающих, но своего интереса к магическим предсказаниям не скрывали. Должно быть, они желали узнать исход важного спортивного состязания, чтобы на этом подзаработать. Сентиментальными байкеры, срывавшие зубами крышки с пивных бутылок, не казались.

Гадалка явно уделяла каждому посетителю достаточно внимания, потому как толпа ползла, точно улитка. Киара практически все время молчала, грызя ноготь на большом пальце. Наверное, раздумывала, о чем спросить у ведьмы.

Я все еще не до конца верила, что в палатке скрывалась настоящая ясновидящая, но стоило придумать вопрос хотя бы шутки ради. О чем спросить? Конечно, я хотела знать, успеем ли мы спасти маму.

Найдем ли последний предмет? И каким будет мое наказание, если не найдем? Что, если, получив благоприятный прогноз на будущее, я сделаю нечто, что его изменит? Мысли неслись, и я не успела бы вовремя остановить их, если бы не подоспела наша очередь.

Киара вошла первая, оставив меня нервно трястись у входа. Жутко вспотели ладони и закололо в затылке. Я списала все на жару, а вовсе не на волнение перед возможным плохим предсказанием. В конце концов мадам Гельмер может оказаться фальшивой гадалкой, не так ли?

– Твоя очередь, – сказала Киара и приоткрыла фиолетовую штору, которая служила входом в палатку. – Когда войдешь, объяви свое присутствие.

По ее лицу невозможно было понять, как она себя чувствовала после услышанного. Никаких предостережений Киара мне не сделала.

Я вошла внутрь палатки. Сильно пахло ладаном и хризантемами, что боролись за каждую каплю воды в вазе на хлипком с виду комоде. Духота стояла, как в бане.

А сама гадалка Гельмер оказалась слепой женщиной около пятидесяти лет.

Она сидела в темных очках, а к ее стулу прислонилась белая трость. Гельмер не повернулась, когда я вошла, и мне пришлось откашляться, чтобы привлечь ее внимание.

– А… кхм… Здравствуйте, – пролепетала я и приземлилась на свободное место по другую сторону стола.

– Как вас зовут?

У гадалки оказался высокий мелодичный голос.

– Мора, – ответила я.

– Мм… Мора… – сказала она, перекатывая буквы во рту. – Голосок молодой. Хорошо. Подай руку.

Я заерзала на стуле. Здесь всегда так жарко?

– О чем ты хочешь узнать, Мора?

Наступил момент, который я прокручивала в голове последние пятнадцать минут. Чего же я хочу?

Гадалка молча достала из-под стола упакованную медицинскую иглу и резким движением вскрыла ее.

– Я хочу узнать, как спасти мать из тюрьмы Синклита.

Мадам Гельмер замерла, ее рука с иглой зависла в воздухе. Мой лоб начал покрываться потом.

– Это вовсе не то, что ты хочешь знать.

– Нет, именно это.

Она откинулась на стуле, словно забыв об острой игле в руках. Я задумалась… Как гадалка собралась уколоть меня ею, если ничего не видит?

– Я уверена, тебя мучает другой вопрос, – настаивала она.

Раздражение поднималось во мне, и я даже не стала того скрывать. Меньше всего ожидала, что какая-то шарлатанка будет спорить о том, чего я хочу.

– Да что вы о себе возом…

Не успела я договорить, как игла вонзилась глубоко мне в кожу. Гадалка быстрым движением подставила под стекающую кровь крошечное блюдце, чтобы капли не попали на стол. Она обмакнула свой палец в мою кровь, и я забыла, что хотела возмутиться.

Мадам Гельмер запрокинула голову, облизала окровавленный палец и принялась шептать на том же языке, что и Киара в ритуалах. Она причмокивала, проглатывая кровь. Желчь поднялась к горлу.

Я тут же перестала сомневаться в реальности ее сил. Гадалка определенно принадлежала к гемансерам.

– Что вы видите? – задыхаясь, спросила я.

Зрелище завораживало. Я могла поклясться, что в палатке стало темнее, будто мы провели там вечность, и солнце уже давно село. Очки гадалки опустились к носу, и я увидела ее покрытые грубыми рубцами веки. Женщина совершенно точно не врала о своих проблемах со зрением. Веки выглядели так, словно кто-то пытался выцарапать или выковырять ее глаза острым лезвием.

Она схватила меня за руки, размазывая кровь по ладоням. Блюдце едва не перевернулось вместе с дрожащим столом. Мои губы затряслись в унисон с ними.

– Твоя темная сторона погубит его, – громко объявила она. – И ты пойдешь на дно.

Предсказание меня не впечатлило.

– О ком вы вообще?

– О тебе, Мора.

– Но как это относится к моему вопросу?

Может, она все же шарлатанка?

– Я вижу то, что ярче всего, – сказала гадалка, потирая виски.

У этой женщины был присущий абаддонским южанам акцент, поэтому я решила, что она родом из Ашкутры.

– Может, вы хоть что-то увидели про мою маму?

– Мать тут ни при чем. Синклит тоже.

Я распахнула от негодования рот.

– Кто вы такая, чтобы решать? Это моя мама! В тюрьме! Неужели вы не понимаете?

– Я все понимаю, Мора. Но я знаю, что вовсе не о матери ты желаешь слышать, – самодовольно произнесла она. – Ты хочешь знать о своей силе.

– Вовсе нет! Скажите мне одно. Удастся ли нам найти Империальную звезду?

Я громко хлопнула по столу и Гельмер вздрогнула. Ладонь загорелась от боли.

Еще я хотела спросить, что сделает со мной Минос, если вернусь с пустыми руками. Но произносить этот вопрос вслух я попросту боялась. Последствия и угрозы не казались реальными, пока сидели у меня в мыслях на заднем ряду.

– Больше у вас предсказаний нет? – подавленно спросила я и встала.

– Что бы ты ни сделала, результат тот же. Постарайся натворить как можно меньше бед.

Что бы это ни значило.

Гадалка убрала тряпкой мою кровь и подожгла ее. Я вытерла руки о брюки. Моя кровь сожжена, а значит, ею уже невозможно будет воспользоваться. Я поняла, что больше ничего от гадалки получить не удастся.