1. не знать, быть несведущим

Ничто во мне не соответствует этому празднику.

Каждый из благородных здесь занимает свое место, имеющее очерченный в пространстве контур, который виден только им самим. Кто-то в розовом быстро и сильно толкает меня плечом, но толпа слишком густая, чтобы разглядеть, кто это, – может, из Дома Мишелей. Луна рычит, сверкая перламутровыми зубами.

– Не смей, – шепчу я. – Этого они и ждут.

Я отыскиваю место у стены и прихожу в себя, гладя Луну, чтобы успокоить. Две женщины сидят по соседству на кушетке и хихикают, на плечах у них меховые тушки животных.

– Сэр Ракс? Вот уж не думала, что доживу до его помолвки! Казалось, он так увлечен ролью… м-м-м… повесы, со всеми этими звездами эстрады и товарищами-наездниками.

– О, все они поначалу такие. Но когда-нибудь приходится повзрослеть и осознать свой долг перед Домом.

Они смеются в трепещущие рукава.

– Как это верно.

Я выпрямляюсь. Ледяной лебедь издевается, показывая мне мое искаженное и холодное отражение, музыка вдруг замедляет темп, обольстительно плывет между ледяных стен. Середина зала пустеет, благородные снуют в толпе, ищут новых партнеров в мешанине меха, духов и любезных улыбок.

Рядом со мной рокочет голос, похожий на черный крепкий кофе.

– Можно оставить за мной этот танец?

У меня сжимается все внутри. Кто-то одетый в красное встает слева от меня. Даже сейчас, после всего, что было, на него по-прежнему трудно смотреть. А мне казалось, он злится на меня. Я упорно смотрю перед собой.

– Нет.

– А ты вообще танцевать умеешь?

Мундир вдруг кажется мне застегнутым недостаточно надежно, я старательно поправляю пуговицы.

– Я умею ездить верхом. Остальное не важно.

Даже не видя его лицо, я знаю, что он криво усмехается.