– Гельманн гений, вроде тех, кому место на Войне. Ты не могла знать, откуда он нанесет удар.

– Я его побила. – Эти слова я произношу без самодовольства, просто напоминая. И предостерегая: я побила гения гельманна и тебя тоже побью.

Взгляд Ракса задерживается на мне на долгую секунду.

– Конечно. После того, как я чуть не отдал концы от сердечного приступа хрен знает сколько раз.

Теперь моя очередь пропустить его слова мимо ушей.

– Ты был прав: его защита идеальна. Мне пришлось самой пробивать бреши.

С игривой улыбкой он вглядывается сквозь завесу моих упорно падающих на лицо волос.

– Так ты готова это признать? Что я тебе помог?

Киваю. Он со смехом выпрямляется и протягивает руку:

– Я заслужил танец?

Вкладываю дрожащую руку в его ладонь.

– Это бессмысленно.

Он мягко охватывает мою руку пальцами:

– Но веселья не портит.

Танец настолько похож на пребывание в седле, что становится тревожно. То же чувство, что я не одна, синхронность движений, близость, попытки прикоснуться к тому, кто рядом, и в то же время не задеть его. Во время нашей ссоры в душевой все было не так. Сейчас я ощущаю свои мышцы под одеждой и его мышцы, все те места, где и он, и я наполнены жаром, и те места, где этот жар так приятно соединяется.

– Вот так, – Ракс вытягивает руку. – Встань ближе. Будет проще.

Споткнувшись, я яростно обрываю его смех:

– Заткнись.