Изабель обернулась, и ее лицо просияло. Она придвинулась ближе, когда Кристиан протянул руку, приглашая ее на танец. Он положил ладонь на ее открытую спину и почувствовал, как жар ее тела передается ему по нервным окончаниям. Ее волосы соприкасались с его пальцами.

– Кто это был? С кем ты разговаривал? – спросила она.

– Виктор Альвас, как оказалось…

– Тот самый граф, о котором ничего не известно?

– В жизни он еще загадочнее, – кивнув, рассмеялся Кристиан, – он спрашивал меня об Анне Понтешен.

Изабель удивленно округлила глаза. Ее лицо вмиг стало серьезным.

– Он узнал ее на портрете?

– Похоже на то.

– С чего вдруг его это интересует?

– Можем вместе спросить у него позже, – пожал плечами Кристиан и слегка качнул головой в сторону других танцующих пар. Виктор был выше большинства гостей, и его макушка проглядывалась в самом центре зала. Он тоже с кем-то танцевал и, казалось, был полностью поглощен беседой с партнершей. – Разве с ним не твоя подруга?

Изабель прищурилась.

– И правда, это Софи…

– София Бренвелл, единственная дочь Сейруса Бренвелла. Земли во втором и третьем кольце. Резиденция на Элькаде в Дальфийской системе. На гербе роза, – с нескрываемым удовольствием процитировал Кристиан заученную информацию.

– Какая осведомленность, ваше высочество! – восхитилась Изабель.

– Ради вас, мисс Кортнер, я готов выучить имена всех ваших нескончаемых подруг.

– Даже если я подружусь со всеми сестрами Питера Адлерберга?

Кристиан в ужасе округлил глаза.

– Пощади, – простонал он, – я не всемогущий, Изи!

– Это и не требуется, – тихо сказала Изабель. На ее щеках, не то от танца, не то от волнения, расплылся легкий румянец. Ее взгляд вдруг стал серьезным, а руки быстро, едва заметно сжались на его плечах. – Я все сделала, – прошептала она, но Кристиан прекрасно расслышал каждое слово, – я отказала Филиппу. Все кончено.

Кристиан сглотнул. Он сильнее притянул ее к себе, и все замедлилось, как в вакууме. Звуки, движения, музыка. Ее волосы касались его лица, а дыхание было на уровне подбородка. Кристиан прикрыл глаза и позволил этому мгновению унести их как можно дальше из переполненного зала. С Изабель Кристиан впервые ощущал что-то так сильно, словно до нее все эмоции, что он переживал, были лишь отголосками его настоящих чувств. Он нежно, едва касаясь, водил пальцами по ее спине и чувствовал, как учащалось дыхание Изабель по мере того, как они опускались все ниже, вдоль позвоночника.