– Твоя преданность неуместна. Ничто, кроме этого союза, не сможет остановить войну, которую я начал. Что касается Кавендиша, то в конце концов он уйдет. Ты действительно думаешь, что он пожертвует репутацией, чтобы быть с тобой? Семьей? Домом? Неужели ты настолько жестока, что попросишь его о таком?

– Замолчи. – Рен заставила голос звучать ровно. – Ты больше не можешь манипулировать мной. Что бы ты ни делал, что бы я ни потеряла, я никогда тебе не помогу. Я скорее умру.

– Я пытался быть великодушным. – Лоури вновь поднял нож, направив его на Рен. Кончик лезвия все еще блестел алым. – Образумь ее, Кавендиш, или я…

Но он не успел закончить предложение. Лоури затрясло, его глаза широко распахнулись.

Это был взгляд чистого ужаса.

Рен медленно повернулась к Хэлу, его фола вокруг глаз засветилась серебряным светом, а взгляд был прикован к Лоури. Лоури начал кричать, от чего Хэл поморщился. Каждый раз, когда Рен видела магию Кавендиша в действии, его жертвы тихо погибали. Она знала, что исцелила его не полностью, но этого не ожидала.

Прошло всего несколько секунд, прежде чем Лоури рухнул, из уголка его рта потекла слюна. Он не был мертв, судя по вздымающимся бокам и прерывистому дыханию. Глаза остекленели и смотрели куда-то вдаль.

Струйка крови вытекла из правого глаза Хэла и прочертила багровую линию на его лице. Он болезненно втянул воздух сквозь зубы и надавил на глаз тыльной стороной ладони.

– Это было на крайний случай. На самый крайний случай.

Хэл наклонился, чтобы поднять нож, который уронил Лоури, его брови сошлись вместе.

– Я помню. Я не знал, что он собирался сделать. Я подумал, он может ранить тебя. Я просто… среагировал.

Звук мучительного крика Лоури, казалось, все еще эхом отдавался в тишине поместья. Рен закрыла лицо руками.

– Это плохо. Это очень плохо, – сказала она.

Лоури был прав. Если Гвардия найдет его в таком виде, если они увидят ее с Хэлом…

Нет, она не должна верить его лжи. Доказательств будет достаточно.

Издалека, сквозь стук собственных зубов, она услышала шорох ткани. Затем почувствовала, как тяжесть пиджака Хэла легла ей на плечи. Когда она подняла на него глаза, то увидела, как его склеру прорезали сердитые красные линии, а на щеке сворачивалась кровь. Ей так сильно хотелось протянуть руку и успокоить его боль своей магией.

– Тебе нужно уйти, пока сюда не заявилась Гвардия, – прошептала она. Раздался топот сапог по парадной лестнице, приглушенный лай приказов.

Хэл едва заметно покачал головой.

– И куда?

– Домой. Куда угодно.