Светлый фон

Силы таяли – так быстро, что мне уже было трудно дышать. Я захрипела, не понимая, что течёт из моих глаз – слёзы или тоже кровь. Живот скрутило жаром и болью, жуткое ощущение неизбежности заполнило всё моё существо.

Умирать было страшно.

Я вскинула голову к небу – угольно-чёрное, оно вдруг озарилось светом, пробивающимся сквозь клубы туч. Я увидела сразу солнце и полумесяц луны, золотые и серебряные. Их свет резанул по глазам, и я поняла: Золотой Отец и Серебряная Мать гневаются на меня, Милосердную, и желают мне смерти.

– Простите, – прохрипела я так тихо, что сама себя не слышала за шумом битвы. – Я была неправа.

Эпилог. В спящий лес

Эпилог. В спящий лес

Князь

Всё закончилось быстрее, чем я мог предположить. Нави стройными рядами захлестнули степняков – серебряное с чёрным, мёртвое с живым. Страшно, шумно, кроваво… жутко. В ушах всё стояли их голоса: «Мёртвый князь, совсем мёртвый…» Я взял и расхохотался хохотом безумца.

– Дважды мёртвый! Да не ваш. Злитесь, что не пляшу в вашей вьюге?

Мой голос потонул в шуме ветра, да только мне не было до того никакого дела.

Я вглядывался в снежную равнину, силясь разглядеть фигуру Ивель, но вьюга скрывала её от моих глаз. Я боялся, что с ней произошло что-то худое.

«Я Милосердная. И я ношу твоего наследника» – не обезумела ли она? И если всё это – правда, то что мне делать с этой правдой?

«Я Милосердная. И я ношу твоего наследника»

Додумать мне не дало небо. Солнце и луна разом вышли из-за туч и разрезали тьму. Белый снег ослепил меня, и я отвернулся, тут же столкнувшись с женщиной, невесть как оказавшейся на вершине холма.

Я видел её всего однажды, но узнал: длинные просвечивающие одежды, отрешённое белое лицо и прозрачные фигурки, держащие подол.

– Владычица Яви? – удивился я. – Что привело тебя ко мне, госпожа?

Она плавно повела рукой в сторону равнины. Её прозрачные, не по погоде лёгкие одежды колыхались на ветру, а едва различимые фигуры, поддерживающие подол, мерцали и рябились. Я слышал, что Владычица Яви отбирает души в своё услужение и особо отличившимся позволяет носить за ней одеяние.

– Твоя ворожея. Милосердная. Она обещала мне свою жизнь.

– Там не одна жизнь, – возразил я.

Владычица Яви равнодушно улыбнулась.