Дара не желала просить Вячеслава послать гонца, она предпочла бы вовсе никогда более не говорить с княжичем. Но нужно было как-то узнать о делах в Заречье. Вот только как?

В углу комнаты что-то зашуршало, но стоило Даре посмотреть в сторону, как сразу всё затихло. Домовой тоже скрывался от неё по непонятной причине.

Дара умылась водой из таза, стоявшего у входа в комнату. Это немного привело её в чувства. Из-за туч выглянул молодой месяц и тут же скрылся. Далеко внизу сверкнула Звеня. Сумерки сгущались.

И Дара приняла решение. Она дождётся ночи.

Внимание привлёк топот и гулкий мужской голос. Дара приподнялась на мыски, пытаясь разглядеть через небольшое оконце, что происходило во дворе. Мимо дворца прошли дружинники. Горяй рассказывал, что Великий князь собирал в столице ополчение, но Даре, сидевший в четырёх стенах и лишь занимающейся рукоделием, даже сожжённое Заречье казалось отныне лишь страшным сном, и она почти не верила, что всё происходило по-настоящему.

Позади скрипнула дверь. Дара отшатнулась от окна и замерла, широко распахнув глаза.

– Да озарит Создатель твой путь, – приветствовал Снежный князь.

Ей стоило поклониться в ответ, произнести нужные слова, но Дара позабыла обо всём на свете.

Ярополк был спокоен, яркие глаза светились изнутри, на губах играла довольная улыбка.

– Я не имел возможности встретиться с тобой раньше, но немало слышал о лесной ведьме.

Дара промолчала, а он продолжил как ни в чём не бывало:

– Надеюсь, тебе нравится в Златоборске?

Она неуверенно кивнула, лихорадочно вспоминая, как следует обращаться к князю.

– Да.

Ярополк будто не заметил её скованности. Дара стояла, почти прижавшись спиной к стене. Князь подошёл ближе, остановился в полушаге. И только тогда Дара заметила, что в руках он держал большой ларец.

– Мне рассказали о твоём желании увидеть Златоборск.

Прямо и смело он посмотрел ей в глаза, отчего Дара, пожалуй, впервые в жизни смутилась, опустила взор к полу. Щёки её вдруг запылали.

– Мой брат позабыл о правилах гостеприимства, прошу за него прощения. Если ты не против, я был бы рад сопроводить тебя.

Она почувствовала, как по шее стекали капли воды. Лицо, всё ещё мокрое после умывания, горело, будто в груди пылала жаровня.

– Знаешь, я несказанно рад нашей встрече, – голос князя был низким, рокочущим, точно огонь в кузнечной печи. – Быть может, для тебя она ничего не значит, но для меня… Пусть моя мать родом с Благословенных островов, но отец – сын княгини Златы. И я помню её…