В покои чародея вошёл Ярополк.

– Да не опалит он вас, – он не сводил с Дары внимательного взгляда. На полных губах играла улыбка. – Не помешаю?

– Мы уже закончили, – Горяй убрал бутылёк с кровью в короб и поставил его на полку у самого потолка, где на деревянных подпорках был вырезан знак совы. В ложнице чародея диковинных знаков на стенах, потолке и даже полу было так много, что порой казалось, будто их вырезали без всякого значения и порядка.

– Чем-то могу быть полезен тебе, князь?

Ярополк наконец посмотрел на Горяя, и Дара выдохнула с облегчением. От одного присутствия Снежного князя ей становилось не по себе. Он действовал на неё, точно кот на мышь: даже не пошевелиться от цепенеющего взгляда, только смотреть в ответ, не отрываясь, ожидая своей участи.

– Я могу идти? – она поднялась.

– Не задерживаю, – князь пожал плечами. – Был рад видеть тебя, Дарина.

Она поклонилась ему, поймала на себе обеспокоенный взгляд Горяя и поспешила скрыться за дверью. Остановилась, прижимаясь спиной к стене. Сердце билось бешено в груди. Верно, такой же дурочкой ощущала себя Веся рядом с Милошем. Только несчастная сестра и сама была рада прыгнуть в когтистые лапы кота. Даре хотелось сбежать и никогда больше не чувствовать смятения в душе.

Она мечтала остаться одна.

Почти два месяца Дара провела в столице, но во всём Златоборске не нашла друзей. Даже поговорить ей оставалось не с кем, кроме Горяя и Вячеслава. Но чародей был всегда занят и потерян в собственных мыслях, а княжич, кажется, сторонился её. Он был мягок, внимателен, добр, но отстранён, как незнакомец, что случайно прошёл мимо.

Но пусть друзей у Дары не появилось, гридни князя почти всегда следовали по пятам. И вдруг она оказалась одна. По удивительному совпадению впервые за долгое время никто не следил за Дарой. Она оглянулась, не веря в собственную удачу, и тихо проскользнула к лестнице. Вниз по тёмным переходам и через клеть, где ходили только слуги. Они встретили её изумлёнными взглядами, пробормотали приветствия, не ведая, чего ожидать от лесной ведьмы. По их поведению Дара поняла, что о ней уже известно всем в детинце. Пусть князь не желал объявлять об этом во всеуслышание, люди знали, кто она такая. Земля быстро полнилась слухами.

Через дверь в прирубе Дара вышла на улицу, прошла по двору к воротам и остановилась там, где дорога с высокого холма резко убегала вниз к внешнему кольцу города.

И остановилась. Точно собака, что жила всю жизнь на привязи и вдруг сорвалась, Дара не знала, куда пойти дальше.

Дозорные на воротах покосились на неё, но промолчали. Видимо, прямого приказа держать её взаперти они не получили. Дара сошла с дороги, чтобы не мешать людям, встала на краю холма под высокой стеной детинца.