День пришел на смену проведенной в кошмарах ночи, пришел и не принес облегчения.

Ломота во всем теле давала о себе знать, и одеревеневшие мышцы отказывались подчиняться. Голова соображала туго, но для одной мысли местечко нашлось:

«И правда! — лениво думалось королю. — На кой оно нам надо?!»

Но он по-прежнему не мог смущенно протереть о штаны вспотевшую от натуги руку помощи, со страхом предстоящей муки все еще протянутую старику.

А Эйви-Эйви бродил кругами, мазал мерзкими смесями, лил в рот липучую горечь и нашептывал, нашептывал, словно самый настырный бес-искуситель: оно вам надо? оно вам надо?

«Не надо она нам, проводник! — думалось королю. — Но все равно ведь пойдем. Отдохни, не шипи, не мучайся!»

К вечеру боль отпустила, они поели с большим аппетитом, радуясь возрождающимся силам и надеждам. А ночью, во сне, к королю пришел его брат.

— Хей, Йоркхельд! — счастливо завопил Денхольм. — Наконец-то выбрался!

— Ну что шумишь? — проворчал бывший Светлый Властитель. — Перебудишь всех…

— А я завтра в горы иду! Сбылась мечта детства!

— Мечта идиота. Шел бы под Горой! Клянусь Богами: кости целее будут.

— Да что с тобой, брат! Я живу теперь полной жизнью, не прячусь в собственную тень, не боюсь трудностей! Ты ведь за этим ушел из дворца!

— А ты стремишься к моему финалу? — горькая улыбка тронула по-прежнему размазанные, нечеткие губы. — Но зачем?

— Я хочу быть готовым к встрече с Гортом, брат! Я должен его найти!

— Не суетись, Денхэ. Он сам тебя ищет. На ловца и зверь, на зверя — ловец!

— Не говори так, молчи! Это слова Старухи! Тебе нельзя!

— Да, так говорит Вешшу. Она — Глашатай Небытия, в словах Ее — доля страшной истины.

— Молчи!

— Молчу. Все равно мне пора…

— Не уходи! Подожди! Когда же мы снова встретимся?!