Ситрик оттолкнул Ракель, но тут же его крепко и грубо схватили за плечо и отшвырнули обратно к столу. Нидхи стал рядом с женой, закрывая путь к выходу.

– А ну. Не тронь её, – медленно произнёс Нидхи. – Она тебя, дурак, приютила, накормила, а ты куда собрался? Что, даже не отблагодаришь как следует?

– В самом деле, куда это? – Голос Ракель звучал куда миролюбивее. Но это не делало её менее опасной. – Останься.

Она выдохнула последнее слово, и Ситрик, усевшись обратно за стол, опустил потяжелевшую голову в ладони. Он плотно закрыл веки, однако продолжал видеть перед собой глаза Ракель. Он упал в них и, казалось, больше не выберется. Слишком глубоко. Слишком темно.

Ситрик не знал, сколько просидел так, пытаясь вытравить из головы образ Ракель, да только когда смог раскрыть глаза, то увидел, что девочка уж управилась с похлёбкой, а хозяин и хозяйка дома стучат ложками по полупустой общей миске. Рядом сидели двое мальчишек и ещё одна девица, совсем уж взрослая. Лицом она очень уж вышла похожей на Ракель, только глаза были другие. Обычные. Все были одеты бедно и грязно.

Ситрик, потирая виски, наконец поднял голову, попросил воды. Ракель отчего-то сама в этот раз поднялась из-за стола и подала Ситрику чашку, наполненную до краёв. Он заметил, что ногти её были длинные, точно ей в жизни не приходилось работать. Ситрик смотрел лишь на руки, боясь поднять взгляд, чтобы не встретиться вновь с лукавыми зелёными глазами.

– Рада, что ты решил остаться, – проговорила она.

Ситрик взялся за чашку, нерешительно отпил, пробуя на вкус. Это было лёгкое ячменное пиво, но вкус у него был дрянной, кислый. Ситрик скривился.

– Пей, а не то обидишь хозяйку дома. – По голосу Ракель было понятно, что она улыбнулась.

Он снова пригубил напиток, и на этот раз тот показался ему не таким противным. Ситрик быстро осушил кружку, пытаясь унять боль и сухость, что стояли в горле. Попросил ещё. Ракель мелодично рассмеялась, прошла мимо, шурша рваными подолами и звеня бубенчиками в волосах. Ситрик не видел и не слышал их прежде.

– Мы сами варим пиво, – произнёс Нидхи. Голос его был довольный. – Такого никто больше не делает. Только мы. Во всём Онаскане не найдёшь рецепта лучше. Может, отведаешь с нами чего покрепче?

– Боюсь, что у меня слишком сильно разболелась голова, – ответил Ситрик.

– Да брось! Пей, богомолец! Угощаем ведь.

Богомолец?

Ситрик нахмурил брови, пытаясь вспомнить, когда успел сболтнуть лишнего. В голове все мысли плыли и путались, сбиваясь в одну, что звучала нелепой сумятицей, так что не припомнить…