– Что я должна сделать для тебя? – спросила она, сдаваясь.

– Вот это другой разговор, дорогая, а теперь давай поужинаем.

– Я не голодна, просто скажи и отпусти меня домой.

Кризель встал из-за стола и подошёл к ней. Его движения были уверенными и мягкими, как у кошки. Стужа в душе содрогнулась, понимая, что за этими движениями последует. Ее разум вновь застлала туманная дымка – она терялась там, надеясь на спасение. Кризель таким образом вселял в неё страх одиночества, ненужности и потерянности. От подобного воздействия сложнее всего было избавиться. Она снова попыталась подумать об Айке, но случившееся и сказанные ею слова лишь глубже утопили её в пучине безысходности.

– Тебе трудно без меня, – ласково пропел Кризель, проводя пальцем по её щеке. Мурашки тут же разбежались от лица вниз. Стужа напряглась, но руку его не сбросила. – Признай, что со мной всё гораздо легче, со мной безопаснее. Я всегда рядом, я помогу, я не позволю тебя обидеть. Ни одной живой душе. Я нужен тебе, а ты мне. Вспомни, как тебе было тяжело первое время, как ты мучилась, желая вернуться в мои объятья. Ты без меня слишком одинока в этом большом мире.

Стужа слушала его и всё больше убеждалась, что Кризель прав. Усталость навалилась на неё, веки отяжелели. Правда, как же ей тяжело тащить всё одной. Ни дня отдыха, ни минуты покоя. Лайла невольно улыбнулась, глядя в прекрасные глаза бывшего любовника.

– Расскажи мне о своём друге, – вдруг попросил он, и Стужу словно в лицо ударили. Она вздрогнула, вспомнив физиономию Бурелома. Говорить о нём с Кризелем вообще не хотелось. Она отодвинулась. – Я видел, как он касается тебя, а ты не протестуешь. С каких пор ты стала такой неразборчивой?

– Тебе какое дело? – скривилась она.

– Всё, что связано с тобой, – моё дело! Если ты не заметила, я подёргал кое-какие твои физиологические и эмоциональные ниточки и отключил тягу к нему.

– Какую тягу? – удивилась девушка.

– Ты думаешь, я не заметил? Он влияет на тебя, и сильно. Мне это не понравилось, поэтому утешения в его ласках ты не найдёшь.

Стужа усмехнулась. Вот почему Айк казался привлекательным, но не вызывал желания, когда между ними были считанные сантиметры. Да, стоило признать то, что заметил даже её бывший любовник. Бурелом давно не чужой ей, однако было и то, о чём Кризель не догадывался. Стуже необязательно спать с Айком, чтобы находить в нём покой и безопасность. Вот сейчас она вспомнила смешное лицо Бурелома, и на сердце потеплело. Видимо, эмоциональная привязанность к Айку у Лайлы была гораздо сильнее, чем мог представить Кризель… да и она сама.

Правда, долго в этом состоянии покоя не удавалось продержаться, ибо чувство вины поглощало её снова и снова. Стужа понимала, что потеряла Бурелома и то, что он ей давал, безвозвратно. Она не была паинькой никогда, людей нередко приходилось обижать, но ещё ни разу ей самой не было от этого так отчаянно больно.

– Хватит говорить о стороннем, Бурелом сейчас ни при чём. Чего ты хочешь от меня за пропуск на аукцион?

Голова раскалывалась от постоянной борьбы с вторжениями Кризеля в её разум. Сопротивляться становилось всё сложнее, и он не мог этого не видеть. Мысли рассыпались, зацепиться становилось попросту не за что. Лайла пыталась переключиться на Айка, но снова всплывала боль, и получалось только хуже. Кризель брал верх над ней, он постоянно прикасался, поглаживал её колено или шею или проводил пальцем по губам. Лайла таяла и растворялась в давно забытых ощущениях. С ним всегда было хорошо, весело, уютно, горячо. Стужа тосковала по прикосновениям, по ласкам. Тело незамедлительно реагировало на действия Кризеля, и он придвигался всё ближе, пока не коснулся своими губами её губ. Биение сердца Стужи оборвалось, внутри взорвался фейерверк эмоций, но они не были связаны с Кризелем. Девушка вспомнила поцелуй с Айком и вдруг захотела его повторить. В голове прозвучали горькие слова Бурелома о том, что он не станет заменой Кризеля, что поцелует её снова, когда она того захочет. Вот, она хочет. Сейчас, в объятиях Кризеля, она не могла думать ни о ком и ни о чём, кроме Бурелома и его губ. Это было невыносимо. Больно и приятно. Сумасшествие какое-то.

Стоило осознать это, Лайла смертельно испугалась, что Кризель тоже поймёт. Страх за Айка разбередил всё внутри. Кризель будет беспощаден, если Бурелом сломает его игру. Как могла, она выставила защиту и ответила на поцелуй, надеясь, что не опоздала. Сердце дрожало от ужаса, что бывший любовник разгадает её намерения. Пришлось даже руки пустить в ход, чтобы выглядело правдоподобно.

Кризель оторвался от неё и улыбнулся, а Стужа чуть было не расплакалась, понимая, что получилось. У неё получилось обмануть Кризеля. Она приняла решение как можно глубже закопать всё, что связано с Айком, и продолжила разговор:

– Дальше ничего не будет.

– Ну да, – усмехнулся Кризель. – Я вижу, что ты сопротивляешься, но это даже интересно. Скоро ты сдашься.

– Думай как хочешь, – снова ощущая усталость, ответила девушка и отстранилась как можно дальше. Для этого пришлось даже встать и отойти в сторону. – Я не буду ужинать с тобой. Говори, что от меня требуется.

– Помоги мне попасть на Фирону!

– Прости… что? – опешила Стужа от таких слов. – Попасть куда?

– На Фирону.

– Это невозможно, Фирона исчезла очень давно, я не могу её увидеть, а значит, не могу туда попасть.

– Можешь. – Глаза Кризеля горели азартом. – Ты мало знаешь о себе и своих способностях. Я долго изучал этот вопрос. Если немного потренироваться, то ты сможешь попасть в место, которого никогда не видела. Просто думая о нём. Обычные порталы, порталы-предметы такого не могут, а ты можешь!

– Кризель, это нереально! У меня нет столько сил, – всё ещё изумляясь, ответила Стужа. – Если я попытаюсь, это убьёт меня.

– Нет, я всё продумал. Доверься мне.

Стужа знала, что Кризель никогда ничего не оставляет на волю случая: он всегда хорошо готовится к тому, что задумывает. Но страх всё равно был силён.

– Я не смогу, – категорично отказалась она.

– Ради девочки сможешь, – сурово возразил Кризель. – Кроме меня, никто не поможет тебе её спасти.

Некоторое время Стужа молчала, понимая, что он прав. Совсем немного – и аукцион состоится. Там Мэдди продадут за бешеные деньги и будут использовать как пожелают. Они вытянут из ребёнка все силы и выбросят за ненадобностью.

– Дай слово, что потом ты меня отпустишь, навсегда! – потребовала Стужа.

– Даю! – радостно ответил он.

– Если выживу, конечно, – пробормотала Лайла, а потом пожала ему руку, чем скрепила договор, и скоро вернулась в свой бар, где спряталась ото всех на несколько долгих и очень тяжёлых часов.

Стужа с трудом поднялась с кровати, на которой долго и муторно не могла уснуть, всё размышляя о мотивах Кризеля. Она провалилась в сон лишь на час с четвертью, а потом едва ли не заставила себя подняться и спуститься в бар. Было около полудня, Декс уже пришёл и колдовал перекус.

– Прошло не очень? – поинтересовался он, глядя на подругу.

– Не очень, – согласилась она, а потом всё как на духу рассказала бунну.

Долгое время Декс переваривал сказанное Лайлой, а потом поделился своим мнением:

– Во-первых, зря ты так с Айком. Он не заслужил…

– Знаю, – перебила она. – Самой тошно.

– Слушай, Стужа, – почёсывая затылок, изрёк он, – не нужно отвергать то, что стало таким ценным для тебя. – Девушка попыталась возразить, но Декс ей не позволил. – Я не слепой. Бурелом много значит для тебя, и даже, несмотря на вмешательство Кризеля, ты тянешься к нему. Не думаю, что ты провалялась пластом на матрасе без сна только из-за мутной сделки. Твоя душа в раздрае, это видно невооружённым глазом.

– Чего ты хочешь от меня? – устало спросила Лайла. – Чтобы я признала, что Бурелом дорог мне? Хорошо, я этого не отрицаю, но что мне оставалось? Он горяч и импульсивен. Если бы я так не ошарашила его, он не отпустил бы меня. У нас нет времени и других вариантов. Кризель не оставил их мне. – Она вздохнула. – Что там у тебя во‑вторых?

– Хорошо, – сдался Декс, – понимаю. Во-вторых, я хотел сказать о том, что тебе необходимо понять замыслы Кризеля.

– Ума не приложу, – призналась девушка, – зачем ему мир, которого уже давно не существует?

– Если он просит отправить его туда, значит, абсолютно уверен, что Фирона есть где-то там… в пространстве и во времени.

– Вот и отец сказал, что ничего не исчезает бесследно.

– Аукцион создан для продажи фригоя разным мирам. А что, если Мэдди нужна для восстановления Фироны? Оннимы неглупы: они продвинуты в технологиях, разум их непрост. Вдруг Кризель утвердился в мнении, что Фирона существует, именно с их подачи? Вращаясь среди тех, кому нужна девочка, он мог прознать что-то об этом. Кроме оннимов мало кто мог бы позариться на мир, которого, по мнению всех остальных, уже нет.

– Логично, но от этого не легче. Пусть даже он сдержит слово и пропустит меня на аукцион, не факт, что я смогу спасти девочку. Даже продав бар, мне не собрать нужной суммы, чтобы выкупить Мэдди, а отбить её вообще решение из области фантастики. Что я могу? – Лайла уронила голову на руки и снова вздохнула. – Я бессильна, и это убивает меня.

Рука Декса опустилась на её голову – от этого девушке стало только хуже, но сбрасывать её она не стала.