– Советую просто закрыть рот и наслаждаться.

Кессади услышала мое замечание и, к счастью, больше не говорила. В полной тишине мы присоединились к толпе, пытаясь подсматривать, что же происходит в центре зала. Все Грехи стояли напротив огромной огненной сферы, порхавшей над каменными дьявольскими рунами. Пламенный шар олицетворял глаз Лукавого и подпитывался от ежемесячных Поклонений. Я прищурилась и содрогнулась, ощутив горячую волну, посланную сферой. Никто, кроме меня, словно не почувствовал ее: Грехи стояли ровно, не шелохнувшись, а их взгляды переключились на профессора Брука. Тот поднялся на небольшой пьедестал, слегка приспустив капюшон, чтобы оголить лицо. Его глаза источали гордость, и я была уверена, что он вот-вот пустит слезу.

– Приветствую вас, прислужники Сатаны! – торжественно произнес мистер Брук.

Позади него собрались и другие преподаватели, среди которых я сразу же нашла Эндела. Улыбаясь, он глядел на толпу, пока не нашел меня. Сердце упало в пятки, ведь с этих пор Эстор не сводил с меня глаз. Очередной раз я прослушала чью-то речь и очнулась от барабанного боя, оповещавшего о начале Поклонения.

– …отдадим же честь нашему Создателю и Покровителю! Преклоните колено и пустите кровь. Пусть земля впитает вашу силу и честь! – закончил Брук, триумфально подняв руки над головой.

Я испуганно дернулась, когда в моей руке материализовался клинок, клейменный именем Сатаны. Я обернулась на Кессади – в ее руке был такой же. Грехи суетливо озирались, сжимая оружие Дьявола. Вероятно, никто не ожидал, что на Поклонении придется резать себя. Впрочем, я тоже не догадывалась, как именно Грехи отдают честь Люциферу…

Грехи преданно склоняли колено и подносили лезвие к ладони. Кессади опустилась вместе с ними, тем временем я заметила, что преподавательский состав делал то же самое. Эндел кивнул мне, давая понять, что все идет так, как должно, и я присела, глядя на свое отражение в лезвии клинка. После команды профессора Брука Грехи нажали на кожу, и кровь заструилась по их запястьям, стекая на землю. Я рвано вздохнула, в спешке поранив ладонь. Порез получился слишком глубоким, и я тихо пискнула; алая кровь стекала под мое колено, образовывая большую лужицу. Эндел вскинул брови, заметив это. Кажется, я пролила больше крови, чем требовалось.

После того как все ранили ладони, дьявольская сфера вспыхнула багровым светом. Она увеличилась в размерах, а стены Академии коварно затрещали. Первокурсники испуганно оглядывались, но Брук поднял руки и отчеканил:

– Дьявол принял нашу честь!

Барабанная дробь снова пронеслась по залу. Когда преподаватели встали, мы поднялись за ними. Клинки в наших руках испарились так же внезапно, как появились, однако с порезом это не случилось. Кровь из моей раны стекала на землю безостановочно. Я сжала руку в кулак, терпеливо переминаясь с ноги на ногу. Эндел все это время наблюдал за мной, а когда Поклонение подошло к концу, он направился в толпу. Походка профессора была стальной, отчего Грехи расступались, пропуская его. Когда он остановился подле меня, я оглянулась, словно была преградой на пути, но все оказалось куда примитивнее. Целью Эндела вновь была я. Как неожиданно.

Он кропотливо осмотрел мое платье, выглядывающее из-под мантии, и плутовски улыбнулся.

– Сексуально. Не хотелось бы, чтобы ты испачкала его кровью. – Эндел протянул мне марлевый кусочек, который я тут же выхватила из его рук. – Скоро заживет.

– Я и не переживаю.

– Профессор, – вмешалась Кессади, вываливаясь вперед меня, – это было мощно! Такая атмосфера! Я словно ощутила Дьявола в своей крови!

– Скоро это станет обыденностью для вас, – уверил Эстор и накинул капюшон, поворачиваясь ко мне. – Увидимся на балу, Фрэй.

* * *

Дэвид и Брэд ждали нас у входа в бальный зал. Одетый в смокинг и прилизанный гелем Брэд поцеловал Кессади, когда та подлетела к нему. Я удивилась такому приветствию, ведь эти двое знали друг друга всего ничего, но, похоже, Кессади наконец-то испытала первый поцелуй. Конечно, она мечтала уединиться с Энделом, однако мне сразу стало ясно, что это желание улетучилось навсегда, когда я увидела радость в ее глазах. Кессади казалась самой счастливой девушкой в Аду, и почему-то… я тоже была рада за нее. Мои губы тронула легкая улыбка, а в душе разлилось тепло. Поцелуи – это нечто странное, но раз они могут осчастливить – я бы тоже хотела прикоснуться к чьим-то губам. Например, к губам Дэвида…

– Так, дорогу! Только не засосите меня, ладно? – Дэвид вышагнул из-за счастливой парочки, которая не переставала миловаться.

На нем была черная рубашка, усыпанная блестками, и такие же брюки. Похоже, он выбирал костюм под мое платье. Я скромно улыбнулась, когда поймала его восхищенный взгляд. На мне уже не было мантии, и Дэвид мог оценить всю прелесть своего подарка.

– Вау… Фрэй, ты красавица.

– Перестань, я не хочу рассыпаться в благодарностях.

– Прости, – осекся Дэвид. – Ой, я сказал «прости»? Черт. Лучше мне заткнуться. – Он встал возле меня. Аромат корицы и огня исходил от его рубашки, буквально завораживая меня. – Я все испортил.

– Разве что чуть-чуть.

– Даже не скажешь, что я чертовски красив? – возмутился Дэвид, оттянув ворот черной рубахи. – По-моему, я смотрюсь сногсшибательно.

Я засмеялась.

– Ты это и так знаешь.

– Эй, – крикнула Кессади, взяв Брэда под руку, – вы идете? Умираю, как хочу есть! Прикиньте, там будет фуршет! Демоны сегодня постарались!

Мы с Дэвидом засмеялись. Он протянул свою ладонь, и я вложила в нее руку. Наши пальцы переплелись, дикая пульсация прошлась по коже. Это всего лишь прикосновение, Фрэй. Всего лишь прикосновение парня, который был к тебе добр и не пытался обмануть, как это делал Эндел.

При одном лишь мысленном упоминании его имени жар охватил кожу и задержался внизу живота. Мне не нравилось это ощущение, и я поспешила смахнуть его, проклиная заносчивого профессора. Упаси Дьявол встретиться с ним на балу и испытать нечто подобное в его присутствии…

* * *

Бальный зал располагался в центре Академии. Когда мы вошли внутрь, нас встретил струнный квартет, огонь на канделябрах освещал помещение, отражаясь на мраморном полу. По границам зала тянулись столы, застеленные сапфировой скатертью; они ломились от еды и вина, а рядом с ними кружили Чревоугодники. Ворчливые Демоны обслуживали их и терпеливо раскладывали еду по тарелкам, иногда стуча копытами. Поодаль от них, под хрустальной люстрой, танцевали остальные Грехи. Пары весело кружились и хохотали, а их голоса смешивались со стонами скрипки. Несмотря на то что я не была удивлена бальными изысками, настроение Дэвида от этого не поменялось. Он с наслаждением осматривал высокие потолки и Грехов, одетых в отменные наряды.

– Все это выглядит так ненатурально, – заметила я, подбирая подол платья. – Совсем недавно я была в Содоме и боролась за жизнь. А сейчас… это танец на костях.

Дэвид посмотрел на меня. Его улыбка не дрогнула.

– Мне нравится Поклонение. После всех трудовых будней в Аду хочется расслабиться, ну и благодаря этому празднику я все же понимаю, для кого стараюсь. – Он взглянул на меня. – Такое величайшее событие всегда вдохновляет меня на возвращение в Примитивный за новыми душами для Дьявола. Я надеюсь, что и ты скоро отправишься на свое первое задание…

Я слегка вздрогнула от слов Дэвида. Работа Грехов была непредсказуемой и сложной. Дьявол поручал нам осквернять людей, чтобы открыть им дорогу в Ад. Ранее, когда существовал только Рай, все души отправлялись туда. Но сейчас все иначе: теперь Ад забирает грешников и не дает им шанса переродиться снова. Попадая в Преисподнюю, души проходят через Круги и оказываются в пасти Люцифера безвозвратно. Представляя весь этот процесс, я не была уверена, что смогу спокойно работать в Примитивном. Я даже не понимала, как смогу подтолкнуть человека к греху, чтобы его душа почернела достаточно сильно. С одной стороны, я хотела бы стать лучшей Гордыней и преуспевать во всех миссиях, с другой – меня пугал сам контакт с людьми и мысль, что придется делать им плохо. Они будут страдать из-за меня, и я же подпишу их на муки в Аду.

– Фрэй, – позвал Дэвид, уловив на моем лице страх, – что-то случилось?

Я помотала головой, попутно придумывая объяснение.

– Все хорошо. Просто… тут оказалось слишком громко.

Он улыбнулся.

– Возле танцпола хуже. И мы-ы-ы обязательно пойдем туда.

– Жду не дождусь.

Когда Кессади и Брэд удалились к закускам, мы с Дэвидом бесцельно поплыли через толпу. В какой-то момент Дэвид оставил меня, направившись за напитками, и я нашла свободное место в темном углу, радуясь, что буду не такой заметной для Эндела. На входе в зал я не видела его, однако душащее предчувствие его визита не покидало меня. Если он беспрепятственно нашел меня в толпе Грехов, когда было Поклонение, что помешает ему сделать это снова?