— Задумываюсь. Правда, ещё неделю назад я был… — Лёшка покраснел. — Даже не сквир.

— Кто?

— Птенец. Это так называется. Ну, совсем неумёха. Ребёнок.

Тётя Вера с интересом наклонила голову.

— Сквир. И с чем это связано?

Лёшка вздохнул.

— Повзрослел.

Тётя Вера рассмеялась.

— Я очень за тебя рада, — она наклонилась, чтобы потрепать его по плечу. — С одной стороны, в этом, конечно, есть определённый повод для грусти. Особенно когда ты внезапно понимаешь, что некий период в твоей жизни, яркий, беззаботный и лёгкий период, завершился, как будто — хлоп! — перед носом лопнула финишная ленточка. С другой стороны, именно в этот момент жизнь, собственно, и становится жизнью.

— Я знаю, — сказал Лёшка.

— А ещё что ты знаешь?

— Что иногда жить так слишком тяжело.

Тётя Вера хмыкнула.

— Ты становишься философом, Алексей. И чем ты хотел бы дальше заниматься? Как я понимаю, на следующий год вы сдаёте выпускные экзамены.

— Ну, да. Основной государственный.

— А потом?

— Мне бы хотелось… — Лёшка отхлебнул чая, задумался. — Не знаю. Так сразу и не скажешь. Я бы попутешествовал.

— Серьёзно?

Лёшка улыбнулся.

— Не, это, скорее, Тёмыча идея. Не моя. Друга. На самом деле я бы хотел помогать людям.