– Такое чувство, что она говорит правду.

Жан-Клод кивнул:

– Ma petite во всех смыслах требовательная любовница.

– Обычно, когда мужчина называет женщину требовательной любовницей, это хорошо, но почему-то мне кажется, что ты имел в виду другое, – сказал Огги.

Жан-Клод улыбнулся мне, той улыбкой, что предназначалась только для меня, и еще для Ашера иногда. Эта улыбка говорила, что он любит меня, и я улыбнулась в ответ, почувствовала, как смягчается у меня лицо, как уходит злость. Мне стало лучше, я уже не распространяла эту злость на всех.

– Мы с ma petite долго вместе выковывали ту любовь, которую ты получил хитростью. – Он повернулся и посмотрел на Огги. – Я был твоим другом, но ты использовал свое искусство, чтобы заставить меня почувствовать к тебе то, чего ты не заслужил. Но я, как и ma petite, умею любить и не быть пленником любви. Нашу любовь ты можешь завоевать или украсть, но истинные отношения с нами тебе не украсть – это придется завоевывать.

Он повернулся, подобрал длинные ноги на диван, руку закинул на спинку дивана, чуть не касаясь обнаженного плеча Огги, положил голову на вытянутую руку, распустив черные кудри по белизне дивана. Лицо его мне не было видно, но выражение его я знала. Чарующее, соблазнительное выражение, дразнящее, оно бывало у Жан-Клода, когда он не ожидал, чтобы что-нибудь произошло – просто хотел тебе напомнить, насколько он великолепен. Такое лицо у него бывало либо когда он злился, либо когда я. Такое лицо он делал, чтобы закончить ссору – или начать.

Огги смотрел на него, и на лице его было страдание. Он видел Жан-Клода, понимал потенциал этого тела и знал, что получить его однажды – еще не значит, что ты получишь его снова. Жан-Клод играл жестко, создавая положение, которое может дать ему преимущество. По выражению лица Огги было видно, насколько велико сейчас преимущество Жан-Клода.

Если это была любовь, истинная любовь, разве не тяжело должно было быть мне видеть страдающее от желания и сомнения лицо Огги? Может, и должно было, но не было. Наоборот, я была довольна – мелочная, мстительная радость, которая всегда обещает по-настоящему плохие отношения. Есть разные виды любви, я это давно узнала – не больше любви и не меньше, а просто разные. Может быть, то, что умел вызвать в тебе Огги, не было все-таки истинной любовью. Может быть, это была любовь, которая приходит быстро, а уходит медленно, но пока она есть – это только ссоры, страдания, испещренные моментами отличного секса, и так до тех пор, пока у кого-нибудь не хватит решимости покончить с ней и уйти.