Когда Чилдерсин наконец покинул лабораторию и его шаги стихли вдали, Зуэль устало закрыла глаза и привалилась к двери.

– Ты в порядке? – участливо спросила Неверфелл.

– Я… солгала дяде Максиму, – хрипло ответила Зуэль, и Неверфелл ясно расслышала изумление и ужас в ее голосе. – Я солгала ему. Прежде я никогда бы не посмела, думала, он обязательно заметит. Но может, он и сейчас заметил. Просто решил мне подыграть.

– Или он слишком занят другими играми, чтобы подозревать еще и тебя, – предположила Неверфелл, желая подбодрить Зуэль. – Значит, все это время они с мадам Аппелин были заодно. И как долго это продолжалось?

– Думаю, несколько лет. – Зуэль медленно покачала головой. – Я сама ничего не знала, пока он не сказал, что мне придется работать с ней, чтобы заставить тебя выпить Вино. Они… Думаю, они не только союзники. Но больше никто в семье ничего не знает. Я единственная, кого он посвятил в эту тайну. Единственная, кому он достаточно доверяет…

Неверфелл, я не представляю, что буду делать, если утрачу его благосклонность! Я всегда знала, что у дяди Максима на меня большие планы. Мы все знали. Вот почему остальные члены семьи меня недолюбливали. А теперь он и в самом деле заговорил о том, чтобы сделать меня своей преемницей. Он рассказывает, какие семейные дела поручит мне через год или через два. Какими виноградниками я буду управлять. Какие области надземного мира перейдут к нашей семье. Какие мази и притирания я должна использовать, чтобы жить дольше, и какие специи есть, чтобы думать быстрее. Кого следует заблаговременно устранить, чтобы они не встали у меня на пути. Дядя Максим доволен мной. Он хочет превратить меня в продолжение себя.

– Но ведь ты этого не хочешь! – испуганно посмотрела на нее Неверфелл. – Ты просто не можешь этого хотеть!

– Все этого хотят. И у меня бы получилось. Возможно, я пока не готова, но я бы научилась, изменилась, стала той, кем он желает меня видеть. Я знаю, что смогла бы. – Лицо Зуэль снова замельтешило, она отчаянно искала то неуловимое выражение, которого не было в ее репертуаре. – Но нет, Неверфелл! Я этого не хочу! Не хочу! Я думала, что хочу, что должна хотеть, но это не так. А может, никогда и не хотела.

– Ну так не делай этого! – воскликнула Неверфелл.

– Но что еще мне остается? – с тоской прошептала Зуэль. – Без покровительства дяди Максима семья разорвет меня на куски. Ты же помнишь, что случилось, когда все решили, что он уже не вернется. И никто во всей Каверне не возьмет меня в ученицы – кому захочется доверять свои секреты шпионке Чилдерсинов?