Варахиил поспешил к брату. Дождавшись, пока опадет кашель, они вдвоем приподняли Михаила за плечи и стащили с него кольчугу.

Из-под стальных колец обнажился белый со звездой подкольчужник, изодранный с правой стороны груди мечом. В этом месте красовалось огромное кровавое пятно.

— Господи, откуда кровь?.. — выговорила Агнесс в ужасе, видя как шириться красная вязь.

— Если бы я знал, — губы Рафаила искривились.

Он разорвал рубашку до конца, снимая ее с тела и принялся хлопотать над раной. В его руке возник какой-то пузырек, видимо, Ральф первым делом пытался остановить кровь, которая мерно текла из располосованной груди.

— Агни, — позвал он помощницу.

Она без слов была у плеча Рафаила. В его пальцах нашлась связка бинтов и чистая марлевая повязка. Сразу пять лепестков белой розы легло в глубокую рану. Рафаил крепко зажал ее марлей и вместе с Агнесс стал накладывать тугой жгут. Михаил все это время не открывал глаз, его дыхание было едва заметно. Из обмякшего тела, казалось, ушли все силы.

— Все, клади его аккуратно, — мыслью Рафаила на скале образовался мягкий ворсистый плед, на котором теперь лежал архангел. Сверху его накрыли теплой накидкой, под головой оказался свернутый валик. Близко к правой руке Уриил положил окровавленный архангельский меч.

Михаил ощутил, как его окутывает тепло. Это было очень кстати в начавшем удивленно чувствовать холод камней теле. Его волос коснулись мягкие ладони, отгребая пряди с глаз. Эти руки могли принадлежать только одному ангелу рая.

— Миша, как ты? — он распознал ее голос.

Его глаза вновь приоткрылись. С ним сидела Агнесс. Ее ладонь держала его руку, пальцы гладили лоб. Около другого плеча неслышно расположился Иеремиил. В ногах — Рафаил, совсем близко — Габри, Варх, Ур, Салф, Иегудиил; все были тут.

— Агни… мы победили… — проговорил Михаил низко. — Все получилось…

Приступ кашля тут же одолел его грудь.

— Тихо, брат… Тебе нельзя разговаривать, — сказал Рафаил.

Руки Агнесс, настойчиво останавливая страдания, гладили Михаила по голове. Помощница проследила, как он переводит дыхание, и на нее раскрываются измученные черные глаза.

— Агни… Ты молодец… Все… молодцы… — промолвил он, собираясь с силами, будто не слышал предупреждения врача. Его губы умолкли, набирая побольше воздуха. Слова давались ему тяжело, а взгляд его отсутствовал, лишь на мгновения ловя зрачки близких. — Кто-нибудь… за… лезьте… в Базу… информации… Проверьте… А то я… не могу… почему-то…

Наверное устал. Очень устал. Глаза Агнесс смотрели на него. Она никогда не видела столько крови у ангела. Но чего только не могло случиться, когда он бился с дьяволом. Тревожное, ее сердце прижималось к нему, передавая любовь, всю нежность и верность, что она могла подарить ему в своей жизни. Он смотрел вдаль из-под приоткрытых век, и не видел ее взгляда. Но она знала, что он все это чувствует. Михаил коснулся ее глазами. Затем попытался заглянуть в лица братьев. Уриила, Мила… Его взор неподвижно остановился на Ральфе. Это означало, что надо отвечать.