— Зачем?

Прежде чем кто-то успел высказать предположение, Люцифер ответил на вопрос за них.

2

2

Люцифер, Падший, звезда утренняя, жил и умер в своем подземном мире под ненавистным небом. Коий возвел Бог в высотах над острогом Люцифера, подобно голелу[37], вкаченному пред гробницей, дабы запечатать порчу мертвых, и не могла она осквернить мир во веки.

Теперь, прекратив вести внутреннюю борьбу, Люцифер, наконец, впервые за тысячелетия выплеснул ее вовне и ударил по каменному небосводу со всей силой своей, подпитываемой исключительно яростью. Куо'ото продолжал поднимался из водяного смерча, его тело оказалось намного больше, чем предполагал сам Владыка Ада. И все же он подтягивал его к себе без всяких усилий, хотя тот и ревел от досады, что его изгнали из естественной среды обитания; его дыхание смердело мертвым мясом из его утробы, чудовище жаждало поглотить Люцифера больше всего прочего, на чем когда-либо останавливались его голодные глаза, и только по этой причине он не сопротивлялся, стремясь освободиться от аркана, наброшенного на него. Скоро оно настигнет Денницу и проглотит его целиком. Оно было так близко, всего лишь на крошечном расстоянии от его зияющей пасти. Сейчас оно схватит свою добычу.

Но нет. Люцифер продолжал подниматься, а Куо'ото следовал за ним, раскручиваясь спираль за спиралью и возносясь ввысь из смерча, оставшегося где-то в тысяче футов ниже.

На пляже Сошедшие, еще сохранившие зрение, молча наблюдали за этим зрелищем. В этот миг вся какофония из всевозможных звуков, постоянно нараставших по мере того, как Люцифер готовился приступить к вращению воды, стихли. Даже рев водяного смерча отдалился. Затишье длилось два, три, четыре удара сердца. А затем Люцифер направил Куо'ото к небесному пределу, и чудовище врезалось в его поверхность. При ударе раздался единственный громоподобный раскат, зародившийся где-то поблизости, а затем многократно отозвавшийся по всему небосводу. Куо'ото испустил жуткий хтонический крик боли — свой последний прижизненный акт — и умер, стремительно падая из-под небес в свою водяную могилу.

— Мать твою, что это было?! — прокричал Гарри, зажимая руками уши.

— Иисусе. Оно… эээ, ударилось о небо, — ответила Лана.

— О каменное?

— Жестко так, — продолжил Кэз. И там появилась трещина. На самом деле, больше одной. На много больше. Черт. Трещины расползаются по всему проклятому своду.

— А где Люцифер?

— Он прямо около камнесвода, заставляет трещины расширяться с помощью своего сияния.

— А Куо'ото?

— Мертв. Падает. Никогда не видел ничего подобного.