В тот день обошлось. И завтра. И послезавтра. Шима и К° не спешили выполнять угрозу. Это было даже хуже новых побоев – боязливо спешить безразличными дворами домой, оглядываться, вздрагивать от лая собак и хриплых криков алкашей. Уж лучше бы встретили, и все закончилось – но Вадик знал, что ничего не закончится, пока он не решится ответить ударом на удар. Вот только откуда взяться храбрости?

– Эй, Рябина…

На лавке сидел Косарев. Тот самый двор, та самая песочница, возле которой Вадик вспахал землю носом.

Косарев не участвовал в избиении Вадика у таксофона, и в последующей травле его было очень мало – тень за спинами Шимы, Клюя и Араужо. Скучающий наблюдатель. Но все-таки…

Вадик свернул налево и быстро зашагал по бордюру подъездной дороги, стремясь к арке, выходящей на оживленный проспект. В прошлый раз ему следовало бежать именно туда, а не к садику; у Вадика было достаточно времени обдумать пути отступления.

– Рябина… Вадим… – Косарев поднялся с просевшей скамейки и медленно пошел следом. – Не беги, я не для этого… просто поговорить.

Вадик ускорился. Еще не хватало поверить.

– Вот. – Косарев поднял руку. – Твои часы.

Вадик остановился, готовый в любой момент сорваться с места. Уловка? В голосе Косарева слышалось что-то просительное, не злое, и Вадик решился. К тому же, как он уже понял, но не успел свыкнуться, убегать было бесполезно. Не сегодня, так завтра. А если Косарев попытается его ударить, возможно, он осмелится ответить. Один на один.

Косарев приблизился и протянул часы. Сцепленные половинки ремешка висели на единственной штанге, циферблат прочертила царапина, но Вадик не рассчитывал увидеть и этого. Он успел попрощаться с часами.

– Забирай, – сказал Косарев и сдул со лба челку.

Вадик протянул руку и взялся за ремешок, ожидая, что Косарев сейчас рванет его на себя, врежет под дых, а из-за деревьев с гоготом выскочит вся стая.

Часы остались в его руке. И он спрятал их в карман брюк.

– Ты этого… извини. Я не хотел в этом участвовать.

– Ага, – кивнул Вадик, не зная, что сказать. – Спасибо.

– Ты домой? Туда?

– Да.

– С тобой пройдусь.

Он пошел справа от Вадика: руки в карманах, взгляд то под ноги, то вглубь двора.

– Только в школу их не носи, – предупредил Косарев, когда они миновали арку и затопали под вывеской швейного ателье. – Я Шиме скажу, что хотел их продать, но потерял.