Дружба с Крыловыми согревала старика. Люди-то уж очень добрые, а жилось им ой как несладко. Катя-бедняжка между заводом и домом разрывалась, жила в вечных хлопотах о том, как бы на завод не опоздать и дочку вырастить. Себе во всем отказывала, а к людям шла с любовью — ни о ком худого слова не молвила. И сын у нее на войне — еще совсем молодой.

Устроился дед Сергей банщиком — на заводе-то ему теперь не выдержать. Конечно, и у банщика житье не мед, зато в тепле, без спешки и всего три дня в неделю, когда топят. Да и с людьми веселее, нужным себя чувствуешь.

Старик проводил последних клиентов, отпустил домой напарника, а сам не спеша принялся наводить в банной порядок. Начальство будет, надо постараться.

Он окатил кипятком скамьи, перевернул вверх дном тазы, подмел и обмыл пол. Потом, уже в предбаннике, приготовил пять новых березовых веников, сложил на скамье. После этого он обошел помещения — все было в порядке — и взялся за кисет.

Вскоре к бане подкатила «эмка» — вышли директор завода и двое незнакомых старику мужчин.

— Через три часа подъедешь! — предупредил шофера директор. — Ну как, дед, у тебя здесь — порядок? Оставь ключи и отдыхай, мы сами себя обслужим. Потом придешь, приберешь в бане!

— Приду, чего ж не прийти. Мойтесь на здоровье.

— А это, папаша, чтобы тебе не скучно было! — один из гостей протянул старику сверток.

Старик отдал ключи, взял сверток и направился в котельную.

В свертке были поллитра водки и закуска — по нынешним временам царский подарок. Не поскупились гости, а за добро и внимание кто добром не отплатит? А подождать три часа в тепле — разве труд? Делать старику все равно нечего, сон у него плохой, а тут водка, закуска и приятель, кочегар. За выпивкой да разговором всю ночь просидеть можно.

Но именно подарок навел старика на неожиданную мысль: «Уж не за грешное дело какое заплатили?» Дурная мысль, непутевая: сам в молодости грешил изрядно.

Котельная была во дворе, огороженном дощатым забором. Здесь высились кучи шлака, валялся старый железный хлам — сюда, кроме кочегаров, редко кто и заглядывал. Старик давно ничему не удивлялся — за свою жизнь всякое повидал, а теперь, идя во двор, оглянулся. «Эмка» уехала, гости зашли в помещение, а к бане подходили еще один мужчина и две женщины, обе молодые, ядреные. «Не жены, видать, — подумал старик. — Тоже, должно быть, начальство, а то и…»

Он заторопился в котельную.

— Подкинь, Семен, угольку. Приехали.

Вскоре весело, шумно загудели обе топки. Теперь можно было и выпить.

Старики выпили по полстакана, закусили.