— А еще, — продолжила Молли, — он говорил, что есть ребенок. Теперь ты знаешь столько же, сколько я, кроме адреса. Осборн написал адрес на листке, и я храню его дома, в надежном месте.

Очевидно забыв, что уже глубокая ночь, мистер Гибсон сел, вытянул ноги, засунул руки в карманы и задумался. Молли молча сидела рядом, слишком усталая, чтобы даже говорить.

— Да! — воскликнул наконец доктор, быстро вставая. — Сегодня уже ничего не получится, а завтра утром что-нибудь придумаю. Бедное бледное личико!

Он сжал печальное лицо дочери ладонями и поцеловал, потом позвонил и велел Робинсону прислать горничную, чтобы та проводила мисс Гибсон в спальню.

— Рано он не проснется, — пояснил доктор на прощание. — Потрясение лишило сил. Подайте завтрак в комнату, а к десяти я приеду.

Несмотря на то, что уехал поздно, мистер Гибсон исполнил обещание.

— Теперь, Молли, — обратился он к дочери, — нам с тобой предстоит сообщить обо всем сквайру. Не знаю, правда, как он отреагирует, но, возможно, новость его успокоит.

— Робинсон сказал, что мистер Хемли опять пошел к сыну и, кажется, запер дверь изнутри.

— Ничего страшного. Позвоню и отправлю Робинсона передать, что приехал и хочу поговорить.

Дворецкий скоро вернулся.

— Сквайр выражает признательность, но сейчас встретиться с мистером Гибсоном не может. Прошло немало времени, прежде чем он вообще ответил, сэр.

— Идите снова и скажите, что я готов ждать сколько нужно.

Когда дворецкий вышел, он пояснил:

— Вообще-то в двенадцать я должен быть далеко отсюда, но, если не ошибаюсь, джентльмену непозволительно держать доктора в неопределенности.

Мистер Гибсон уже начал терять терпение, когда на лестнице послышались наконец шаги сквайра. Он шел медленно и неохотно, словно в поисках опоры, опираясь на стены, столы и стулья. Взяв доктора за руку, после долгого молчания заговорил:

— Тяжелый удар, сэр. Полагаю, так рассудил Господь, однако пережить сложно. Ведь он мой первенец.

Сквайр говорил таким тоном, как будто перед ним был незнакомец, и сообщал факты, которых тот не знал. Тогда мистер Гибсон подтолкнул дочь вперед:

— Вот Молли.

— Прошу прощения, не увидел вас сразу. Мысли заняты другим.