Некоторые возражают, что эти модусы представляют собою не сущее ut quod, а сущее ut quo[478], или нечто имеющее отношение к сущему, и поэтому они не являются ни просто и однозначно сущим, как это говорит Скот, ни абсолютным ничто. Но думается, что такое возражение – пустые слова. В самом деле, быть сущим ut quo означает быть не чем иным, как формой, или реальным актом в метафизическом соединении, или композиции; но невозможно быть формой, или реальным актом чего-либо, не будучи чем-то реальным, то есть не будучи самим по себе реальным сущим. Следовательно, будет противоречивым утверждать, будто нечто есть реальное quo, но не есть сущее ut quod, потому что такое quo по необходимости должно опираться на соответствующее quod. Это можно показать путем индукции на примере любого физического соединения. Но к метафизическому соединению применимо то же самое рассуждение, потому что и в нем потенция и акт мыслятся как составные части цельной реальности, или сущности. Отсюда следует, что сами по себе они тоже по необходимости должны мыслиться обладающими некоей реальностью, или хотя бы частичной сущностью; в противном случае они не могли бы мыслиться способными к образованию и восполнению реальной сущности. И это рассуждение применимо к любым отличительным признакам – как последним, так и не-последним: родовым, видовым и индивидуальным.

9. Во-вторых, здесь можно, наоборот, применить доводы, приведенные для отличительных признаков; и, прежде всего, тот довод, что не-последний, то есть промежуточный, отличительный признак потому включает в себя сущее, что берется от формы сообразно некоторой степени ее реальности. Но и эти внутренние модусы берутся от формы, или природы, сообразно некоторой степени ее реальности; стало быть, они тоже включают в себя сущее. Меньшая посылка не нуждается в доказательстве. В самом деле, в субстанции модус «самого по себе»[479] берется от реальности любой субстанциальной природы, поскольку она сходна с другими субстанциальным природами в способности субсистировать[480]; и поэтому в нематериальных суб станциях этот модус берется от простой формы в целом, сообразно ее отграниченному понятию. А в материальных субстанциях он берется от всецелой метафизической формы, то есть от целостной природы, – и значит, от материи, поскольку она участвует в субсистенции, и от формы, поскольку она в абсолютном смысле конституирует субстанциальную природу. Следовательно, по тем же соображениям приходится принять и первый вывод: если здесь внутренний модус, непосредственно определяющий сущее, мыслится сам по себе простым и отличным от других не благодаря какому-то другому модусу, то и отличительный признак – и промежуточный, и последний – мыслится так же.