– Но я познакомился с человеком, в котором вы заинтересованы, – после короткой паузы мягко продолжил Деронда. – С человеком, тесно связанным с вашей покойной матушкой. – Деронда хотел постепенно подготовить Мордекая, однако заметив, что тот нервно вздрогнул, тут же пояснил: – Ваша матушка и вы любили этого человека больше всех на свете.

Мордекай судорожно схватил Деронду за руку. Его объял ужас, и Деронда это почувствовал. Когда Даниэль снова заговорил, голос его дрожал:

– Ваша молитва услышана: Майра спасена. Ваша сестра достойна матушки, которую вы глубоко почитаете.

Мордекай снова откинулся на спинку кресла, закрыл глаза и принялся что-то едва слышно бормотать на иврите, после чего погрузился в умиротворенное молчание. Наблюдая за ним, Деронда представил, что мудрец разговаривает с каким-то невидимым, но глубоко любимым собеседником: в чертах лица появилась чистая благость, какая появляется на лицах людей после смерти. В эту минуту он впервые стал похож на Майру.

Как только Мордекай снова проявил готовность слушать, Деронда поведал ему историю сестры, однако, рассказывая о побеге, постарался как можно более туманно коснуться поведения отца, сосредоточив внимание на желании Майры вернуться в Англию, чтобы найти мать. Скрыл он и намерение девушки утопиться, а также собственную роль в ее спасении: просто описал дом приютивших ее друзей, с которыми он разделил интерес и заботу. Закончил Деронда рассказом о глубоких чувствах Майры к матери и брату, причем здесь постарался не упустить ни одной детали.

– Я отправился на их поиски, – с улыбкой пояснил Деронда, – и обнаружил этот дом: имя Эзра Коэн стало для меня самым важным в мире. Признаюсь, что долгое время я испытывал страх. Думаю, теперь вы простите мой вопрос о дочери старшей миссис Коэн. Меня очень волновало, какими окажутся родственники Майры. Однако, узнав, что ее Эзра скрывается под именем Мордекай, я обнаружил достойного брата.

– Мордекай – мое настоящее имя: Эзра Мордекай Коэн.

– Существует ли родство между вами и этой семьей? – уточнил Деронда.

– Только такое, которое связывает всех детей Израиля. Но душа моя исполнена признательности добрым людям, дающим мне кров и поддержку из сострадания, которое живет еще в еврейских сердцах. Я смиряюсь с их невежеством и в то же время испытываю глубокую благодарность: так легче осознавать духовную бедность еврейского рабочего народа, от которого нельзя многого требовать.

– Но ведь вы не чувствуете себя обязанным жить у них и впредь, когда появились более близкие вам люди? – спросил Деронда. – Мне кажется справедливым – разве не так? – что вы должны жить вместе с сестрой. Больше того, я уже нашел вам квартиру неподалеку от ее друзей. Прошу, позвольте мне это сделать, чтобы получить возможность часто вас навещать в часы, когда Майра будет занята. Таково мое эгоистичное желание. Но главная причина заключается в том, что Майра непременно захочет присматривать за вами, а вы, со своей стороны, должны согреть и защитить ее братским присутствием. У вас будут книги. Я мечтаю учиться у вас и вместе с вами гулять, смотреть на реку и деревья. В новой квартире вы обретете покой, в котором со временем будете все больше и больше нуждаться. Таковы мои притязания теперь, когда мы нашли друг друга.