– Поль, я вижу, ты начинаешь охладевать ко мне… Я тебе начинаю так же надоедать, как Парашка…

– Если женщина упорно держится за какую-нибудь фантазию, так эта фантазия наконец начинает казаться ей действительностью… Это вещь известная… Ты постоянно думаешь только о том, что я должен охладеть к тебе, и вот уже тебе начинает казаться, что я охладел в самом деле… Но это скучно, Юлия… Я тебе говорил несколько раз, что живу только для настоящей минуты, в будущее никогда не заглядываю и никогда не ручаюсь за него… Поверь мне, что если я к тебе охладею, так ты не в силах будешь удержать меня никакими упреками… Независимость для меня дороже всего…

– Но ты подумал ли когда-нибудь о том, что будет со мною, если ты разлюбишь меня…

– Не думал и не хочу думать…

– Я умру либо сойду с ума, – сказала Юлия Васильевна сантиментально.

– Ах, Юлия, признаюсь тебе откровенно: вот подобными фразами ты можешь охладить меня. Я люблю жизнь, веселье, радость в лице женщины… Сентиментальность и нытье не в моем вкусе: они мне противны.

– Но ты забываешь, Поль, что я по твоей милости оскандализирована пред целым обществом: от меня все отворачиваются, мне не кланяются, меня оскорбляют публично по твоей милости…

– Погоди вот немножко: дай мне только победить моих врагов – и, поверь – к тебе возвратятся и уважение, и внимание общества… Я знаю этот мирок.

– Ну а если этого не случится?… Каково будет мое положение?… Ты только подумай об этом…

– Но послушай, Юлия… Чего же ты наконец хочешь от меня?

– Побольше любви и внимания… Дай мне наконец уверенность, что я не игрушка твоя на одну минуту, что ты никогда меня не бросишь…

– Никогда!.. Каково словцо!.. И это говорит женщина, которая была влюблена в своего мужа, а потом возненавидела его… Ведь ты тоже давала ему клятвы в самой любви… А велика ли была эта вечность?…

– Но он никогда так не страдал за меня, как я за тебя; я никогда не чувствовала такой обязанности постоянно любить его, как должен ты чувствовать теперь, после всего что случилось… Наконец, я не знала, что он сделается таким пьяницей и так охладеет ко мне…

– Ну, почему же ты знаешь, что я не утрачу некогда всех своих достоинств в твоих глазах?… Вот тебе начинает представляться, что я охлаждаюсь в чувствах к тебе… Слово-то ведь какое выдумали: насилу выговоришь!.. Ну, следовательно, и ты должна охладеть…

– Ты шутишь, ты смеешься на до мной, Поль…

Юлия Васильевна заплакала.

– Браво, уж и слезы на сцену… Нет, Юлия Васильевна, пожалуйста… Мы начинаем вести себя, как мальчишки. Кончите это, если не хотите сами испортить наших отношений…