Возвращаясь со стариком в избу, Ержан спросил:

— Когда здесь прошла наша армия?

— В нашем лесу не было боя, — ответил старик. — Позавчера слышали стрельбу. А хуторяне говорили, будто армия прошла позавчера.

— Не встречали здесь немецких солдат? — спросил лейтенант.

— Сам-то, я не видел, — ответил старик. — Вчера и позавчера не выходил из избы. Но знал, что наши войска бегут по дорогам мимо. На рассвете ходил в соседний хутор... на собрание...

— Куда, куда? — переспросил Ержан.

— ...На собрание. Проводил собрание учитель, старый коммунист. Он сказал, что райком партии советует всем нам остаться дома. Все, что требуется для пропитания, закопать в землю и вредить оккупанту, кто чем сможет. Поодиночке будем его вколачивать в гроб. Учитель сказал, что немцы в занятых селах заставляют крестьян выбирать старост, и предложил загодя наметить на эту паскудную должность своего человека. И хоть кладовщик колхоза отказывался, мы единогласно выбрали его... Спрашивал я на собрании, где немцы. Никто толком ничего не знает. Но бабы, вроде бы, видели, как в соседней деревне в центральную усадьбу колхоза входили вооруженные чужаки... Ну, а вы, видать, отстали от своих?

— Да, идем из окружения, — сознался Ержан.

— От беспорядка и большая рать погибает, — старик был немногословен и не стал расспрашивать, какой части, куда направляются.

Когда они вошли в избу, старуха, не выдавая своей радости, встретила мужа укорами:

— Совсем извелась... В твои лета сидеть бы на печке. Время-то сейчас муторное. А ты таскаешься ночами по лесу. Что, кабы словили тебя супостаты? Вся измаялась, пока вернулся... Три дня провалялся в постели, только вчера поднялся... Теперь, пока не вернется наша армия, и шагу не ступишь из дому.

Старик не перечил старухе. Когда бойцы съели котел горячего супу, он стал расспрашивать у Ержана о том, как они оторвались от своих.

— Я сам старослуживый, четыре года пробыл на империалистической. Двух Егориев удостоился. Хорошо знаю нелегкую жизнь солдата, — издалека начал он. — Нелегко в окружении, но всякая беда наставлением служит. В тяжелый переплет попали вы, как кур во щи. Если нужна помощь — проси, что в наших силах — сделаем. Знаю, с продуктами у вас туговато, — он окликнул старуху. — Василиса Ивановна, что у тебя есть из припасов, чтобы дать этим молодцам на дорогу?

Василиса Ивановна всплеснула худыми руками, засуетилась.

— Мясо все вышло, есть немного картошки... И мучки нет, чтобы испечь хлеба. Не успели смолоть пшеницу.

— В таком случае пожарьте нам пшеницы, — попросил Ержан.