Мурат подал команду «Ложись!», решив вначале разредить немецкую цепь и затем идти в штыки. С земли видны были только тяжелые, словно литые из чугуна, немецкие сапоги. Кое-кто, спотыкаясь, набирал короткими голенищами снег. У белобрысого толстяка, шагающего впереди, при каждом кивке головы поблескивали очки.

Над головой Мурата, словно стайка вспугнутых птиц, пронеслась проворная автоматная очередь. Он пригнул голову, подумал о своих считанных патронах, и ему стало страшно. Вражеский огонь уплотнялся. Пули с шипением, словно раскаленное железо, опущенное в воду, вонзались в снег. Мурат лежал, не отрывая воспаленных глаз от приближавшихся врагов.

Немцы наступали нахально, но продуманно. Мурат отложил теперь уже ненужный, пустой автомат, достал из кобуры «ТТ», в котором оставались последние восемь патронов. Семь для фашистов, а восьмой... Холоден лик смерти. Бескровные, словно бумага, лица немцев, сливаясь воедино, вытянулись в длинное белое полотно. «Это же мертвецы», — подумал Мурат. Ему померещилось, что это бесплотные тени, чьи души унеслись бог знает куда.

Опомнившись, комбат крикнул:

— Огонь!

Лесную опушку окутал едкий пороховой дым. Залп не ошеломил немецкого офицера. Стараясь не задерживаться на открытом месте под пулями, он погнал вперед поредевшую цепь солдат. Визгливым, сверлящим криком поднял припавших к земле.

Подошел Маштай, посланный подогнать отставших, подводы и пушки. Он обрадовал командира известием, что вторая рота догнала их. Только от Кускова, оставшегося в засаде, все еще нет никаких известий.

К Мурату вернулись силы. Начался ожесточенный неравный бой. Батальон сопротивлялся, укрепившись на холмах, покрытых редкими молодыми березками. Кончики тоненьких веточек, покрытых ледком, позванивали, как хрусталь. У подножия холмов сутулились четыре домика, какие-то сараи без крыш, за ними укрылись подводы, пушки встали на огневую позицию. Бойцы вновь окопались в снегу, стреляли из-за берез. Немцы несколько раз с невиданной злобой кидались в атаку, не давали русским перевести дыхание. За каждой отбитой атакой немедленно начинали новую.

Нелегко удержать превосходящие силы противника. Большие потери несет вторая рота на правом фланге.

Мурат отправился туда. Пока добежал, — немцы пошли в атаку. Советские бойцы не выдержали, дрогнули, по одному поднимаясь с земли, бежали очертя голову.

Командир роты, стоя во весь рост, размахивал пистолетом, кричал, но не мог остановить своих людей. Увидев разъяренного комбата, солдаты, забыв о страхе, остановились.

— Куда вы?.. Вперед! — зычным голосом кричал Мурат.