Магдауль мотнул головой.

— Добрая жена мужа на вершину жизни возносит, а худая в грязь втаптывает.

— О чем баит бабай? — Вера положила в поленницу чурку, выпрямилась.

Волчонок перевел, пояснил значение слов.

— Правда. А старик-то у тя, Волчонок, и в самом деле мудреный.

Несколько раз Воуль заставлял Ганьку перечитывать страничку из тонкой книжки. Удивленно гладил бумагу, подслеповатыми глазами разглядывал крючки, палочки, кружочки, по которым внук читает слова и узнает мысль незнакомого человека.

— Эка диво какое! — такой маленький человек и выучился грамоте. А кто же тебя, хубун, обучил-то?

— Ванфед. Разве ты забыл? Я тебе сколько раз про него баил!

— А кто он такой?

— Поселенец один. Пилили мы с ним дрова. Теперь он живет в Алге.

— A-а, значит, руки черные, а голова светлая…

— Аха, бабай, голова светлая и руки чисты.

Вечером после ужина Магдауль виновато посмотрел на старика:

— Бабай, ты не рассердишься… нам пора домой ехать.

Старый эвенк тяжело вздохнул:

— Почему я должен сердиться… если вас ждет… жизнь.

— Бабай, поедем с нами в Онгокон, а?

— Сын мой… Волчонок… мне пора уходить в Страну предков. У меня к тебе просьба.

— Говори, бабай.