Вместо эпилога

Вместо эпилога

В начале января 1920 года под ударами Красной Армии и партизан власть Колчака в Иркутске пала окончательно. Разбитая армия адмирала распалась. Сам Колчак по приговору ревкома был расстрелян.

После разгрома Колчака партизанская война в Забайкалье усилилась. В руках атамана Семенова и японских интервентов остались Верхнеудинск, Чита и узкая полоса вдоль железной дороги. В феврале 1920 года эвакуировались на родину американцы. По тайге рыскали остатки разбитого воинства колчаковско-семеновских банд.

А в Баргузинском уезде — Советская власть.

В степи у дороги откопали прах героев, зверски расстрелянных семеновцами, и торжественно похоронили на площади уездного центра.

В тот же день Монка Харламов подошел к кабинету председателя ревкома, оглянулся, улучив момент, наслюнявил пальцы и смазал вокруг глаз. Так с «заплаканными» глазами, согнувшись, ввалился он к председателю.

— Я друг Иннокентия Мельникова… росли вместе… как братья…

— С какой просьбой, гражданин?.. Или предложение имеете?..

Монка вынул несколько николаевских и керенских рублей и положил на стол.

— Вот… первый в уезде вношу на памятник зверски убитых ероев…

Председатель сочувственно оглядел Харламова.

— У нас уже есть постановление соорудить памятник. Деньги-то возьми. А за друга иди воевать.

Харламов, раскланиваясь, задом открыл дверь и исчез.

Прошел год после расстрела Мельникова.

Подлеморцы на два дня вырвались на побывку.

Растянул свою «тальянку» Венка Воронин и распевает на весь Онгокон.

— Смотри, Венка, не объешься, будешь «почту» гонять! — смеется Сенька Самойлов.