— А вот я сейчас посмотрю.

Степан Дорофеевич нашел баню в полном порядке. Здесь тоже чувствовалась заботливая рука Домны Никифоровны. Было чисто, хорошо пахло березовым листом. У печи лежала вязанка дров, котел и кадка до верху наполнены водой. В печи даже была растопка, а на скамье — мочалки и мыло. Не мешкая, старик растопил печь.

Когда пришел Виноградов, баня была уже вытоплена. Предложение помыться он встретил с восторгом.

— Люблю баню. Чего мне всегда не хватает в тайге, так это бани.

Домна Никифоровна дала таежникам по смене белья из запасов Ваганова и полотенца, а сама стала готовить ужин. Она уже немного успокоилась. Молодой инженер ей понравился. Старушка встретила его приветливо, оказывая уважение, какое, по ее мнению, и полагалось такому начальнику. Виноградов любезно поблагодарил старушку за внимание, поговорил с ней немного о жизни, дал даже какой-то совет относительно лечения больных ног, чем окончательно завоевал ее расположение.

— Иди, батюшка, иди в баньку-то, — ласково стала выпроваживать его Домна Никифоровна. — Остынет банька-то, а ты, небось, попариться любишь.

— Люблю, Домна Никифоровна, все время мечтал о бане.

— Ну и ступай с богом, а как помоешься — приходи чай пить.

— Только я крепкий люблю, Домна Никифоровна.

— Да уж заварю, не поскуплюсь.

Когда Виктор Афанасьевич вошел в баню, Плетнев и Ваганов уже мылись.

— Иди к нам, Афанасьич, — позвал Степан Дорофеевич, — пар сегодня больно хорош.

— А веничек найдется? — инженер быстро раздевался, торопясь присоединиться к товарищам.

— Все есть: и веник, и водицы вдоволь.

В моечной стоял густой пар, сквозь него чуть виднелись фигуры охотника и его дяди. Степан Дорофеевич старательно натирал мочалкой спину племянника. Никита Гаврилович уперся руками в скамью, удовлетворенно покрякивая.

— Бери шайку, — не оглядываясь, сказал Ваганов инженеру. — Вон в углу стоит. Воды не жалей. Мыло на полке.

Железным ковшом Виноградов начерпал воды, добавил холодной, перемешал, попробовал рукой, еще немного долил горячей и устроился на лавке рядом со Степаном Дорофеевичем.

— Доложился начальству-то, Виктор Афанасьич? — спросил Плетнев, разгибаясь и беря шайку с распаренным в ней веником.

— Александра Васильича в конторе не было, уехал на шахту. Зашел к Слепову, поговорил с ним немного — и сюда.

— Узнает Александр Васильич — непременно зайдет.