— Никто ничего не может, — сказал старик, — вот вы здесь сидите, меняете равноценные на равноценные, простите меня, конечно, я не лично вас имею в виду, но ведь это воду в ступе толочь! Если Моссовет злоупотреблений опасается, то сами займитесь этим делом. Найдите многосемейных, а мне предоставьте площадь по моим требованиям. Я так понимаю ваши задачи.

Он ушел недовольный. Александр Семенович ничего не мог ему обещать. Дело было не таким простым, как представлялось Филатову. Квартиру он мог получить в одном из новых районов, где шло большое строительство, а дом его находился в самом центре. Разные райсоветы, разные ведомства, которым всегда трудно договориться между собой.

«Опять придется идти в Моссовет к Гущину», — без всякого удовольствия подумал Александр Семенович. С Гущиным они были в добрых отношениях, и тот, на правах хорошего знакомого, зачастую отчитывал Александра Семеновича: «И откуда только эти дела вытаскиваете? И себе и нам морока».

А выслушивать даже дружеские замечания Александру Семеновичу было трудно.

День начался с решенного дела. Муся впустила следующих посетителей.

В половине двенадцатого Александр Семенович выглянул в приемную. Муси на месте не было. У ее стола расхаживала взад и вперед немолодая женщина в пушистой шапочке и просторной шубке.

— Вы ко мне? — спросил Александр Семенович.

— Я хотела бы видеть вашу сотрудницу Галю.

Он удивился:

— Галю?

Покачиваясь на ходу, в комнату влетела Муся:

— Гражданка, я вам русским языком сказала, никакой Гали у нас нет. Понятно?

Посетительница снисходительно улыбнулась:

— Девушка, вы не в курсе дела. Такая черненькая, стройная.

— Нет, надо же! Я не в курсе! Вы, может быть, вообще не туда попали.

— Мама, ты уже здесь?

Александр Семенович увидел Салтанова, подумал: «Явился». И, не закрыв двери своей комнаты, с непонятным интересом стал поглядывать на Салтановых.

Мать торопливо сказала Мусе:

— Хорошо, хорошо, не беспокойтесь.

Салтанов спросил: