— Думаете, она довольна? — (Гиллиген внимательно посмотрел на нее и ничего не ответил.) — Подумайте, сколько удовольствия она получила бы сейчас: овдоветь такой молодой — как романтично! Уверена, что она сейчас клянет свою судьбу.

Он с восхищением посмотрел на нее.

— Мне всегда хотелось быть ястребом, — сказал он, — но теперь, пожалуй, мне хочется стать женщиной.

— Господи Боже, Джо! Что за фантазия!

— Ну, а теперь, раз вы уже записались в эти самые сивиллы[28], расскажите мне про этого франта, про Джонса. Ему-то определенно повезло.

— В чем повезло?

— Ну, как же! Добился чего хотел.

— Но не тех женщин, которых добивался.

— Да, не совсем. Ну, конечно, ему всех не добиться, мало ли чего он хочет. По-моему, он два раза обжегся.

Но ему это ничуть не мешает. Выходит, он — счастливчик. — (Их сигареты двойной дугой упали в ручей, зашипели.) — Должно быть, нахальством тоже можно многого добиться от женщин.

— Вы хотите сказать — как и тупостью?

— Вовсе нет. Какая там тупость. Вот я действительно не могу добиться той, кого хочу, по своей тупости.

Она положила руку ему на плечо.

— Вы совсем не тупой, Джо. Но и смелости в вас нет.

— Нет есть. Разве вы можете себе представить, что я стану с кем-то считаться, если захочу чего-нибудь?

— Но я и не представляю себе, что вы можете как-то поступить, не считаясь с другими людьми, Джо.

Он обиделся и равнодушно сказал:

— Конечно, воля ваша, думайте как хотите. Знаю, я не такой смелый, как тот малый, из анекдота. Помните? Пристал к женщине на улице, а ее муж заступился, сшиб его с ног. Он встает, очищает грязь, а тут какой-то посторонний и говорит: «Господи помилуй, и часто вас так колотят?» А этот тип отвечает: «А как же, конечно, бывает, но уж зато, когда дело выгорит!..» Видно, он считал, что ему судьба быть битым, — прибавил он с прежней насмешливой улыбкой.

Она рассмеялась. Потом сказала:

— А почему бы и вам не попробовать, Джо?